После Владимира

Его… не заметила?! Что-то похожее на обиду тронуло его сердце.

Для нее было неожиданностью его появление, он прижал ее к себе:

– Не ожидала, пташка? Сердечко мое, искал тебя везде. – Сам не ожидал от себя такого вранья.

Он знал, что он не должен никого целовать, он привык, что целуют его. Но не смог удержаться от поцелуя. И это было опять сладко и остро, вдохнул запах ее волос. Просто мед.

– Что ж ты косичку свою забыла? – Он вытащил полкосы из-за пояса. – А меч с тобой?

– А как же, княжич!

С лязгом вышел меч из ножен.

До боли знакомый звук. Только теперь меч оказался у нее за поясом, настоящим мужским кожаным поясом.

– Вот тебе и пташка! Нет уж, второй раз она меня не ранит! – пронеслось у него в голове.

Он отступил на мгновение, хотел посмотреть, что она будет делать. Клинок нацелился прямо ему в горло. Ловким движением выхватил у нее меч, завел ее руки назад, обнял сзади:

– Ну, что сладкая, ты меня опять удивила. Вот теперь не отпущу, будешь моим гриднем. – Опять повернул ее к себе, на шее сверкнула камея.

 – Да кто ты такая? Огородница с драгоценной камеей на шее, – провел пальцем по украшению.

– Что ж… все также? Хочу… куплю?

– Денег хватит, сладкая, – медленно провел языком по ее шее.

– В рабыни берешь? – глухо сказала она.

– Вы все мои рабы. Для тебя так важны слова? Просто будешь моей, мне дерзкая нужна.

Сверкнула изумрудами. Наконец-то. Опущенный взгляд от нее не хотел терпеть.

– Изяслав, монах к тебе.

Он хотел возразить, но маленький человечек уже упал к нему в ноги:

– Не казни, княжич, брат я этой девы.

– Сколько хочешь за нее брат?

– Есть разговор о ней важный. Выслушаешь?

Что бы ему сейчас монашек ни сказал, он ее все равно не отпустит. Просто не сможет.

– Веди их ко мне. – Он не знал, что скажет князь, но стоять дальше на дороге было нельзя. – Накорми, глаз с них не спускай, я скоро буду, – приказал Изяслав.

36

Несмотря на поздний час и усталость князя, после богослужения отец Геннадий – настоятель монастыря – встретился с княжеской семьей.

Они высказали свое восхищение красоте богослужения и убранству храма, большому числу молящихся. Отцу Геннадию была лестна похвала наместника таких важных городов, как Переяславль и Воин. Об их богатствах ходили легенды, много говорили и о самом Добромире, соратнике Владимира Святославовича и последнем князе Севрском. Его многочисленное племя северян покорилось Рюриковичам, но при этом не было обложено непомерной данью.