Длань смерти

Мои имя опорочили и сделали посмешищем для народа Ардалии. Клочок бумаги, немного чернил, старое перо и огарок свечи, вот вся та роскошь, что была оказана мне в эти последние дни моего нахождения в темноте узилища. Я пытаюсь уместить эти строки на несчастном пожелтевшем листе даже не надеясь, что кто-то их прочитает. Просто мне становиться легче после того, как я выплескиваю свои мысли на бумагу. Мне некому выговориться и от того на душе у меня неспокойно. Казалось бы, меня уже ничего не должно заботить, ведь близится день моей казни.

Но все же я не поддаюсь отчаянию, хотя должна признать, что постепенно оно начинает одолевать меня. Но ничто не гложет меня так сильно, как мои сожаления. Ничто так не уничтожает человека как сочувствие к себе и своему прошлому. Если кто-то все-таки прочитает эти строки, я хотела бы сказать вам, никогда не сожалейте даже если ваши деяния приведут вас к столь же печальному концу что и меня.

Из последней записи Лайнии Соферет

Сначала была боль – пульсирующая, сильная и тошнотворная.

Я плавал в ней словно в липкой мерзкой жиже. Она затягивала меня словно трясина, медленно и мучительно поглощая, заставляя растворяться в ней, а затем выплевывала меня, принуждая погружаться в нее снова и снова. Запах гниющей плоти неустанно следовал за мной обволакивая и не давая свободно дышать. Иногда я слышал отдаленные голоса, но они были так слабы, что я не мог разобрать слов. Они звучали для меня словно жужжание назойливой мошкары, от которого я не мог избавиться. Голоса лишь мешали мне, смешиваясь с болью и тошнотворным запахом. Я думал, что происходящее будет длиться вечно, но в какой-то момент все закончилось. Боль отступила, и я смог вздохнуть полной грудью. Ни вязкой жижи, ни запаха гнили, ни надоедающих голосов. Ничего – лишь тишина и умиротворение. Я просто плавал в пустоте словно в пузыре воздуха, что появляется в мутной речной воде. Не было ничего и никого, что могло бы помешать моему пребыванию в этом месте. Но и это длилось недолго. Пузырь лопнул и закруживший меня водоворот смял мое тело, а затем выбросил на берег реки пустоты. Там я и лежал до тех пор, пока меня не нашли. Три темных фигуры похожие на размытые рваные тени, которые трепещут в отсветах факелов. Одна из них протянула ко мне подобие руки и я, не раздумывая, ухватился за нее, сам не осознавая того, что делаю. От прикосновения с холодной мертвенной ладонью все мое тело пронзило ледяной болью, но как бы это ни выглядело странным, мне она показалась приятной.