Пленники кристалла

Преодолели крутые подъемы, спустились по ступеням, казавшимися бесконечными. Разветвления путей, различные ловушки – все осталось позади. Они легко нашли нужный туннель и обошли преграды, которые непосвященным могли стоить жизни.

Каменная плита отъехала в сторону, обнажая залитый светом отсек. Поклонившись и поцеловав голову ворона на перстне господина, послушник вернулся в каменные пещеры.

Сам же господин вступил в длинный светлый коридор. Здесь не было окон, однако явно ощущалось влияние времени. Яркие лампы освещали белые стены, металлические двери закрывали проемы многочисленных комнат.

В одну из них и вступил мужчина.

Прозрачный экран делил комнату на две части. В одной на белоснежных подставках лежали стеклянные гробы. Шесть штук, из них один – пуст. В четырех находились мужчины. Множество проводков тянулось к приборам, установленным у изголовья каждого гроба. По тонкой трубке к телам с интервалом в пять минут поступал маленький красный шарик питательного вещества. И когда он впрыскивался в вену лежащим, приборы фиксировали удар сердца, слабый и еле уловимый.

– Господин! – стоящий перед экраном мужчина в белом халате склонился в почтительном поклоне и поцеловал перстень.

– Ты ведь не зря меня вызвал?

– Нет, конечно, – перед пришедшим открыли дверь с левой стороны экрана, и он вступил в отсек с гробами. – Посмотрите, господин. Они просыпаются.

Пять тел лежало в гробах. Казалось, века не изменили истинных детей кровожадного бога Кхорта. Сангуисы…

Анисиос – безумный ученый, старший из братьев.

Он застыл с усмешкой на губах, с удлиненными клыками, со сжатыми на груди руками, на которых до сих пор были острые звериные когти – перевертыш не успел принять свой обычный вид, когда проклятие пало на него.

Эвгениус – на утонченном аристократическом лице застыло выражение удивления. Бессмертные сангуисы, которые жили столько, сколько существует Заолун, не ожидали, что однажды вынуждены будут находиться в бездействии столько веков.

И все же руны пытались помешать такому обращению: в некоторых местах одежда вампира была вспорота окостеневшими кровяными отростками, делающими его похожим на ежа.

Виллем – светловолосый мальчишка, который своим видом в былые времена обманул многих. Опасный сенсусит с лицом ребенка наводил ужас на многих носферату, предпочитающих жить по закону крови.

Очаровательная Астерия – старшая из сестер и единственная, кто остался из женщин, созданных Кхортом.