Империя Ярликун. Волшебный камень Бит-Сиппар

 – Аяй! – Она либо мысли читает или… Повторный заряд аккуратно впечатался между пяток.

– Понял, уже бегу.

Лунный свет корабля показал самый короткий путь, Лилит хотела быть уверенной…

Император прятался в небольшой круглой комнатке на самом верхнем ярусе замка. Забраться сюда можно только через поток, лестницы заканчивались двумя этажами ниже, и вряд ли придёт в голову здесь искать. Успокоенный этой мыслью, тем не менее, оставался настороже, время от времени бросая взгляд на покрытую лунным светом площадку.

Пока без гостей. Тёкшая на ладони жидкость действовала успокаивающе. Камил растёр её между пальцев и принюхался, напоминало жидкий воск, то ли масло. Запах приятный, а на вкус никак, уже попробовал, несколько раз лизнул запястье. Уф-ф, осталась половина, возни, примерно, часа на полтора. Сказать легко, а как дотянуться? Он с опаской развёл руками, иначе не получалось, и упёрся в зеркальные щиты бельведера. – Ну почему вы такие огромные, а? – Из семи прихваченных наволочек три целиком забиты четвёртая наполовину. Камил с тоской поглядел на торчавшие из-за спины крылья и громко чихнул. Что было потом, лучше не думать. В тихой надежде закрыл глаза, и медленно сосчитав до десяти, их открыл. Чуда не произошло. Ярликун-Яр-Кумар категорически отказывался это утилизировать. Обругивая треклятый замок, Камил принялся собирать перья сам, а когда закончил со вздохом обречённого затащил на колени пятый мешок. С полчаса упрямого барахтанья, и всё-таки умудрился изловить оба крыла разом и теперь, держа сведённые перед носом концы, соображал, как выкрутиться. Тупик. Обе руки заняты, не хватает ещё двух. Камил закусил губы. Ему пора закругляться. Невзирая на близость Татру он сильно устал, всё это время венец украдкой его подпитывал. Без помощи Татру до сих пор валялся распластанным как медуза, когда несколько часов назад сюда вывалился. Снилось что-то туманное и Лилит, а потом яркая вспышка забытого детства. Откуда взялся Татру? Наверное, сам позвал. Как ещё объяснить, почему тот не лез к нему раньше и вдруг, на тебе, прилетел, рассыпаясь ультрамариновыми брызгами счастья. В ответ он швырнул венцом по зеркальным щитам бельведера. Описав в полуночном небе дугу, Татру вернулся. – «Эта зараза ещё летает???» – Поймал и запузырил обратно. Настрой у венца был решительным, он тоже не шутил, а сейчас совесть мучает. Захотелось погладить фиалковый камушек, да рук нет. Под взглядом венец замерцал, однако яркости не прибавил. Настращал.