Лилия

– Опять закаляешься? – Голос Джо казался на удивление бодрым, что было странно для столь раннего часа.

– Я почти морж, ледники Антарктиды мне не страшны, – я вышла из душа, укрывшись большим полотенцем. – Ты чего так рано проснулся, я вроде не шумела?

– Выспался, давно так прекрасно себя не чувствовал.

– Видимо это одна из черт безработицы. Никакой сонливости и апатии. – Я подошла к мужу, заодно поцеловав его и пожелав доброго утра.

– Что ж, если это так, то мне нравится мой новый образ жизни. – Ответив на мой поцелуй, Джо стянул с меня полотенце.

Почему бы и нет, теперь нам спешить некуда.

После завтрака, он сразу направился в префектуру подавать заявление. После долгих размышлений, мы остановились на коммерческом обществе с ограниченной возможностью, так как планировали совместно управлять своим кафе.

Я же расположилась на кровати, разложив бабушкины тетради рядом с собой. Вооружившись карандашом, открыла первую попавшуюся тетрадь на первой странице. Знакомый бабушкин подчерк тянулся перед глазами ровными линиями.

В этом вся она, француженка до мелочей. Я родилась в этом городе и прожила здесь все свои тридцать лет, но никогда не ощущала себя по-настоящему парижанкой. У меня нечему поучиться, я не обладаю утонченным вкусом и особым шиком, могу ужинать, сидя в удобных спортивных штанах и не идеально причесанной. Бабушка же не допускала промахов, она с гордостью несла себя и получала от этого удовольствие.

Каждый рецепт отделялся от предыдущего линией узоров.

Рядом с некоторыми на полях значились пометки, а самые любимые она помечала восклицательными знаками.

Итак, первый рецепт, свекольный фалафель. Мелко потертую свеклу смешать с отваренным нутом, луком и чесноком, добавить соль, зиру, черный перец. Все растолочь и скатать в маленькие колобочки, после чего запечь их в духовке минут 20.

И вот мне снова семь лет, я сижу за столом на бабушкиной кухне, мои ноги свободно болтаются под ним, пройдет еще несколько лет, прежде чем они начнут доставать до пола.

Бабушка поставила передо мной тарелку с рисом и домашним хлебом, сверху величаво красовались яркие шарики. Я принялась их разглядывать, идеально ровные, все скатаны словно под копирку. В моем детском воображении они вызвали буру эмоций. Я до сих пор помню их вкус. Вкус счастья, доброты и хорошего настроения. Им определенно будет отведено место в моем меню.

Я провела за чтением рецептов без малого два часа, два часа теплых воспоминаний.