Бабье лето любимой жены

Понимая, что сидеть так можно неизвестно сколько, Вадим нарушил тишину:

– Мне надо на работу, – произнес он, считая свое присутствие здесь неуместным.

– Да, конечно, – сказала Лера, так и не взглянув на него, продолжая по-прежнему смотреть в одну точку.

– Я вечером заеду, – сказал Вадим, поднимаясь.

Лера перевела на него тяжелый взгляд и слабо покачала головой.

– Не надо, я потом сама приеду, – тихо, мягко ответила она.

Софья Ефимовна молча наблюдала за ними, пытаясь разобраться в их отношениях.

То, что мужчина представительный, она определила сходу. То, что помогал дочери в подготовке к похоронам и постоянно был с ней, говорило о близости их отношений. Но как-то странно он держался – все время в тени, в сторонке. «Едет, и ладно, – решила она про себя, – мешать не станет». Поэтому только молча кивнула, когда Вадим попрощался с ней.

Оставшись наедине с дочерью, Софья Ефимовна села рядышком с ней и обняла, припав к ее плечу. Закрыв глаза, она сказала тихо, ласково:

– Доченька, как же я по тебе соскучилась.

Как ты здесь жила все время? Хорошо тебе было с дядей?

– Я же писала, – выдавила из себя Лера, не понимая, как сейчас можно говорить об этом. – Это я во всем виновата. Если бы я осталась,… – не в силах говорить, она закрыла лицо руками.

– А ты не с ним разве жила? – с недоумением отстранившись, спросила мать.

– С ним. Но Вадим забрал меня, он квартиру снял. После работы я за вещами пришла, а дядя здесь на диване лежит. Я подошла к нему, думала, он уснул.

Смотрю, а он какой-то… на себя непохожий, – видно было, что каждое слово давалось ей с трудом.

– Ну, ну, – пытаясь успокоить дочь, мать снова обняла ее и, прижав к себе, принялась покачивать, словно ребенка, слегка похлопывая ладонью по спине. – Ни в чем ты не виновата. Смерть людей не боится. Раз уж пришла, свое и возьмет. Он ведь и раньше один жил.

– Не знаю, – прошептала Лера, прильнув к маминой груди. Она вдруг ощутила, как в детстве, ее тепло, и от этого на душе стало спокойнее.

Какое-то время они молча так сидели, думая каждая о своем.

– А Вадим этот, кто? Твой жених? – пытаясь не бередить свежие раны, осторожно спросила мать.

– Не знаю, – вздохнула Лера.

– Как, не знаешь?… Зачем же ты поехала с ним?

– Он ушел от жены. Не развелся еще.

– Да, непросто, – протяжно сказала Софья Ефимовна, покачивая головой. – Ты этим разведенным не очень-то доверяй. Жена выставит, так они себе молоденьких дурочек ищут.