Зелье Миранды

Я хорошо помнила, что, когда умер дедушка, доктор вручил отцу заключение о смерти, где была описана причина. Вот такое заключение о маме надо найти.

– Идите от греха подальше, госпожа, – тихо предупредила Мари, когда Саймон решил обойти стол, цепляясь за него пальцами.

– А ты не боишься?

– Я знаю, как его успокоить. – Девушка показала мне полную бутылку виски. – Господин сделает глоток и упадет спать, до утра проспит. Он ведь почти не отдыхал, когда госпоже хуже стало. Каждый день приходил доктор, но все напрасно, графиня умерла.

Примите мои соболезнования.

Ответить я не успела, Саймон с диким ворчанием завалился на пол.

– Кошмар, – пробормотала я, никогда в жизни не видела, чтобы так напивались. Какое ужасное зрелище.

– Идите, госпожа, отдыхайте. Комнату я успела вам приготовить, пока вы ездили на кладбище. Сундук ваш тоже доставили. А я сейчас Сэма позову мне помочь.

Мы вместе вышли из кабинета, и я не удержалась, спросила служанку:

– Ты давно работаешь в доме? Когда я уехала в монастырь, тебя здесь не было, – решила немного прощупать почву.

Девица могла рассказать о последних днях мамы.

– Чуть меньше месяца, госпожа. Я вернулась из столицы. – В светло-карих глазах мелькнула грусть и пропала.

– Мари, раньше у нас в доме все блестело от идеальной чистоты. Утром жду тебя с тряпками и ведрами. Начнем с первого этажа и постепенно доберемся до верхнего.

Я бы и сейчас взялась за уборку, но усталость брала свое, да и перекусить не помешало бы. В животе тихонько заурчало.

Мари послушно кивнула и побежала за конюхом. Фанни, ожидавшая за дверью, сжавшаяся в уголке, встрепенулась.

– Не пожалела еще, что сбежала из монастыря? – спросила, направляясь в сторону кухни.

– Нет, страшно было, но нет, – ответила Фанни.

Полли накормила нас остатками ужина, но кухарка никогда не была особо разговорчивой. Полная женщина так крепко обняла меня, что сразу стало понятно: была рада моему приезду. На ее глаза навернулись слезы, и мы вместе поплакали. Безумное горе навалилось на плечи, вынуждая меня склонить ниже голову и уйти в себя.

Аппетит пропал, отодвинув тарелку с овощным рагу, просто пила чай.

Когда мы с Фанни отправились наверх и проходили мимо маминой комнаты, я долго стояла, но так и не решилась войти. Сердце болезненно сжалось, я снова разревелась. Фанни слегка приобняла:

– Миранда, я помню, как, маленькая, плакала, узнав о смерти родителей. Мне тогда одна из монахинь сказала: «Говорят, время лечит, но это неправда.