Без гроша в кармане. Среди факиров (сборник)

– Кто же ты?

– Я – Бессребреник…

– Тот самый, что хочет обойти вокруг света без гроша в кармане?

– По крайней мере, пройти столько километров, метров и сантиметров.

– Прежде тебе придется потягаться с нами.

– Потягаюсь.

– Когда?

– После того как пообедаю и мы установим условия дуэли.

Эти возгласы сыпались со стороны ковбоев. То один, то другой задавал вопросы Бессребренику, и он совершенно спокойно отвечал каждому.

Опасность быть убитым была до поры до времени устранена, но это лишь отсрочка, передышка на пути к смерти.

Безрассудный Бессребреник сам предложил дуэль с пятьюдесятью молодцами, не знавшими ничего святого, не дорожившими даже собственной жизнью и прекрасно владевшими оружием.

А он, казалось, рассматривал эту дуэль всего лишь как шутку.

Он заткнул за пояс револьверы, данные ему миссис Клавдией, и, предлагая ей руку с изяществом светского кавалера, спросил:

– Вы позволите мне проводить вас домой? А ты, Джон, ступай за нами… Найдется бутылка виски, чтобы заставить тебя забыть все волнения.

Индеец поправил орлиное перо в сине-черной гриве и, вытянув шею жестом индийского петуха, флегматично зашагал за своим покровителем.

Ковбои следовали на близком расстоянии, сбившись в кучу, удивленные этой развязкой, завершившей так неожиданно столкновение, и сбитые с толку необычайной самоуверенностью Бессребреника.

Решившись не отступать, они недоумевали, каковы будут условия этой неслыханной дуэли.

Бессребреник, простившись с миссис Клавдией у дверей ее дома, поспешил на телеграф и отправил в «Нью-Йор геральд» следующую телеграмму, произведшую в тот же вечер необычайный эффект:

«Меня повесили вместе со старым индейцем… Миссис Клавдия Остин пулей из револьвера оборвала веревку, на которой мы висели… Мне предстоит пятьдесят две дуэли с пятьюдесятью двумя ковбоями… Надеюсь справиться.

Прошу выслать мне по телеграфу ордер на получение пяти шиллингов за эти пять строк, так как я голоден, как никогда.

Бессребреник».

В это же время миссис Клавдия обдумывала ответ, который ей предстояло дать серебряному королю. Она стала искать в кармане телеграмму, поданную ей в столь роковую минуту, и, не находя ее, решила: «Должно быть, я ее куда-нибудь заложила».