Десять миллионов Красного Опоссума

– В добрый час!

– Что касается причин этого путешествия, очень странного и необыкновенного, то содержание настоящего письма лучше всяких длинных фраз объяснит вам дело. Письмо это было отправлено из Австралии в Англию, откуда его привезли, восемь дней тому назад, племянники сэра Рида, приехавшие сюда с сестрою отыскивать своего отца, пропавшего без вести уже двадцать лет тому назад. – С этими словами майор Гарвэй подал мне несколько листков исписанной почтовой бумаги.

Глава 5

Поданное мне майором Гарвэем письмо заключало следующие строки:

«Дорогие мои дети!

В продолжение многих лет разлученный со всем, что я любил, я стою теперь на краю гибели.

Из сострадания к моей памяти, во имя любви к той, которая была вашею матерью и которая меня простила, не старайтесь проникнуть в то, что откроет вам будущее. Ужасная тайна пусть умрет со мною.

Знайте только, милые дети, что для вас одних я целых двадцать лет сносил бремя тяжелого существования.

Если у меня не было счастья видеть вас близ себя, то я все-таки при посредстве одного друга мог помогать вашим насущным нуждам и облегчить вашей благородной матери тяжелый труд воспитания.

Это все, что я мог сделать.

Вчера вы были бедны, сегодня – богаты. Пусть принесет пользу вам мое состояние, честно приобретенное мною неустанным трудом; да поможет оно устроить вам счастье жизни!

Эдуард, Ричард и Мэри, восстановите честное имя вашего отца, запятнанное приговором суда. Мои миллионы, оставленные вам, окажут в этом деле существенную пользу!

Но прежде, чем раскроете всю мою жизнь, знайте, что я, виновный в глазах закона, совершенно чист перед своею совестью и честью.

Сильные враги, которым я сейчас простил, – вот где причина моей гибели. Два раза я почти чудом избегал их козней. Наконец, тяжело раненный и ограбленный дочиста в австралийской пустыне, где умираю теперь, я нашел убежище у дикарей, которые оказались лучше белых: они по-братски приютили меня…

С тех пор я не покидал этих бедных, несчастных созданий, у которых отнимают даже имя людей и которые сделались жестокими только вследствие беззаконной системы английской колонизации.

Они сделались моими друзьями.

Не понимая потребностей нашей цивилизованной жизни, они сначала никак не могли объяснить себе моей страсти к золоту. Когда же я дал им понять, что эти желтые камни, не имеющие цены в их глазах, могут обеспечить моим детям всё блага жизни, они сделались самыми ревностными моими помощниками.