Из Парижа в Бразилию

Благополучно прибыв на первую станцию за Якутском, путники напились чаю с ромом, так как успели иззябнуть до смерти, и, переменив лошадей, отправились дальше.

Станционный смотритель позаботился дать им проводника-якута, в обязанности которого входило ехать впереди и осматривать дорогу.

Эта мера предосторожности была необходима особенно ввиду переправы через Алдан, на льду которого сплошь да рядом образуются неожиданные полыньи.

Якут был плечистый, здоровый парень, истинный представитель племени, прозванного за свою необыкновенную выносливость «железными людьми».

Благодаря опытности и зоркости проводника, переправа через Алдан по льду совершилась благополучно. Проскакав сутки верхом на лошади, якут нисколько не казался утомленным. Холод тоже совершенно на него не действовал. Такова сила привычки от рождения.

Проводив путешественников до другого берега Алдана, якут собрался было возвратиться назад, но Жюльен, которому тот очень понравился, предложил ему проехать с ними до Верхоянских гор.

Якут согласился, чуя хорошее вознаграждение на водку.

Дорога пошла по льду небольшого правого притока Алдана, речки Шандуги, берущей начало в Верхоянских горах. Уже якут объявил, что видит вдали эти самые горы.

Как ни напрягал Жюльен зрение, он ничего не мог рассмотреть и заключил, что якут фантазирует, о чем и сообщил Лопатину.

– Напрасно вы так думаете, – возразил ему Лопатин. – Очень возможно, что мы с вами еще не видим гор, а он видит. У этого племени замечательно развито зрение.

Существует анекдот об одном путешественнике, которому якут поведал великую тайну: «Я видел, – сказал якут, – как большая голубая звезда проглотила несколько маленьких и потом сейчас же выплюнула их»… Как бы вы думали, что же такое видел якут? Ни более ни менее как затмение спутников Юпитера… И это невооруженным глазом, не забудьте. Так вот и извольте судить об остроте зрения у этого народа.

– Ладно, ладно, – сказал ворчливо Жюльен. – Пусть же вот он теперь смотрит хорошенько.

И точно Жюльен напророчил: под санями вдруг что-то треснуло, и твердая почва словно куда-то уплыла… Лошади вскочили на дыбы и жалобно заржали…

Слой льда, на котором находились сани, опустился вниз, и весь поезд, с лошадьми и пассажирами вместе, исчез в разверзшейся бездне.

Льдина опустилась быстро, точно трап; сани полетели вниз по совершенно вертикальной линии.

Проводник-якут провалился вместе с лошадью.