Из Парижа в Бразилию

Он приподнял револьвер, служивший вместо пресс-папье, взял из-под него одну из бумаг и прочитал себе под нос:

– «Среднего роста…» – Совершенно верно. «Большие бороды у обоих». – И это как раз. «Один белокурый, другой брюнет». – Чего же еще яснее? «Люди очень подвижные, нервные». – И это есть. «Говорят на многих языках и держатся совершенно прилично». – Так чего же более? Конечно, они. Остается посмотреть, до чего дойдут они в своем дерзком запирательстве. Это даже забавно.

– Ну-с, господа, – обратился капитан к путешественникам вслух, – так, значит, вы французы? Так-с.

Как же вас зовут в таком случае?

– Меня – Жюльен де-Кленэ, а моего товарища – Жак Арно.

– Очень хорошо-с. И вы, разумеется, путешествуете для собственного удовольствия?

– Не совсем. Господин Жак Арно едет по своим делам, а я провожаю его, чтобы доставить удовольствие и себе, и – как я надеюсь – ему.

– Хитрая бестия! – пробормотал сквозь зубы капитан. – А простите за нескромность, – продолжал он вслух, – куда это вы оба изволите ехать?

– Извольте, капитан.

Мы едем в Бразилию.

Капитан ожидал всего, но только не этого. Это уж был пассаж совершенно необыкновенный. В Бразилию – через Томск! Через Сибирь! Из Франции!

– В Бра… зи… лию! – насилу выговорил он, не будучи в силах скрыть свое чрезвычайное удивление. – В Бразилию через…

– Сибирь, – досказал за него белокурый француз. – Совершенно верно. Мы хотим проехать туда сухим путем. Конечно, по дороге нам встретится Берингов пролив, отделяющий Америку от Азии.

Но ведь это безделица – всего пятьдесят верст каких-нибудь. Да и то мы рассчитываем переехать через него зимой, следовательно, по льду. Мой друг до безумия боится морской болезни. По этой причине мы и в Сибирь попали, в чем нисколько не раскаиваемся, так как имеем теперь случай познакомиться с вами, капитан.

Слова эти были сказаны с развязностью истинного парижанина и сопровождались самым галантным поклоном.

Капитан принял такое обращение за дерзкую насмешку над собой и вспылил не на шутку.

– Довольно, негодяи! – крикнул он. – Полно вам людей-то морочить. Туда же: Жюльен де Кленэ, Жак Арно… Нет-с, я вам лучше скажу: ты, называющий себя Жюльеном де-Кленэ, ты просто лишенный всех прав состояния дворянин Алексей Федоров Богданов, а твой товарищ – тоже лишенный всех прав отставной губернский секретарь Станислав Осипов Бережковский.