Охотничья трилогия

Они буквально кишели там, сверкая чешуей и щелкая зубами.

Европейцы, особенно Фрике?, творили чудеса. Целились они спокойно, хладнокровно и ни разу не дали промаха. Пули всякий раз пробивали чешую, которая с треском разлеталась в осколки, и маленький кусочек затверделого свинца проникал в тело.

Таковы современные пули. Чтобы они не сплющивались при ударе о твердую поверхность, а пробивали ее, их отливают из смеси свинца, олова и ртути. Пули, отлитые из смеси свинца и типографского шрифта, бывают еще тверже. И когда они выпущены из какой-нибудь мощной винтовки – типа Винчестера, Мартини-Генри или «Экспресс», – то перед ними ничто не устоит, никакая чешуя и толстая кожа.

Таким образом, вокруг шлюпки выросли целые груды мертвых крокодилов. Но это имело и свою дурную сторону, потому что нагромождение трупов давало живым прочный плацдарм для штурма шлюпки.

Безобразные аллигаторы на коротких, широко расставленных лапах все наседали и наседали. Особенно были свирепы раненые. Осажденным грозила ужасная участь, несмотря на всю их храбрость.

Ах, поскорее бы прилив!.. Но нет, до него еще долго, три часа. А тут и минуты все сочтены.

Вдруг парижанина осенило.

– Тент!.. Ах, где у меня была до сих пор голова!.. Но только выдержит ли он столько народу? Все-таки надо попробовать. Выбора у нас ведь нет.

Он подозвал матросов и негров, указав им на тент из прочнейшей парусины, протянутый над всей палубой шлюпки, и велел им взбираться на него.

Тент был натянут на раму, подпертую тонкими железными сваями.

– Только не трясите и не толкайте, вообще – потише. Этот полотняный пол наше единственное убежище. Располагайтесь поближе к раме и не шевелитесь… Ну, черномазые, проворней! Все наверх!..

Испуганные негры посерели от ужаса – они не бледнеют, а делаются пепельно-серыми – и с ловкостью обезьян вскарабкались по сваям.

– Готово дело? Да? Вот вы теперь в литерной ложе. Жарко вам? Не дать ли по зонтику?

Парижский гамен даже в ту минуту находил возможным балагурить.

– Ну, теперь ваш черед, – обратился он к бретонцам, которые спокойно, невозмутимо и методически продолжали расстреливать крокодилов. – Полезайте теперь вы!

Матросы перекинули винтовки за плечи и проворно исполнили приказание.

– Есть? – спросил Фрике?.

– Есть! – отвечал старший из них.

Тогда Фрике? влез на парусину сам. Капитан всегда покидает корабль последним.