Золотой корсар

– Да, так оно и было, и репутацию эту я сохранила, – отвечала актриса.

– Когда твой ангажемент окончился, я отправила тебя сюда, и, как ты знаешь, не без задней мысли.

– Это правда. Так ты хочешь наконец дать мне задание?

И, вскочив на ноги, Кармен радостно захлопала в ладоши, но быстро спохватилась.

– Нет, будем серьезными, – сказала она. – Если тебе пришла наконец в голову здравая мысль как-то использовать меня в том огромном заговоре, который ты готовишь, я должна быть благоразумной, иначе быстро выйду из твоего доверия.

– Будь сколь угодно ветреной, но только постарайся нигде не выдать наших секретов и беспрекословно исполнить мои указания.

– Дорогая Луиза, ты можешь не сомневаться во мне; нежностью, которую я к тебе питаю, горячей любовью к родине своей, я клянусь тебе, что ты можешь всецело на меня рассчитывать. Я и так слишком долго и сильно страдала от осознания того, что ты никак меня не используешь. Другие женщины из твоего окружения постоянно получали задания, я же – никогда, и была этим крайне обижена, ну да ладно!

Маркиза улыбнулась.

– Я берегла тебя для великого дела, как генералы берегут лучших солдат для важнейших сражений, – сказала она.

– Правда?

– Да.

– Дай же я тебя обниму в таком случае!

И, радостная, она бросилась сестре на шею.

– Здесь, в Неаполе, есть один влиятельный генерал, который доставляет нам немало хлопот.

– Как неблагоразумно с его стороны! – заметила Кармен.

– Наши самые красивые сестры ничего не смогли добиться от этого типа.

– Смельчак! Не обращать внимания на женщин! Да он заслуживает самой ужасной расправы!

– В общем, вся надежда на тебя; постарайся преуспеть. Если и ты потерпишь неудачу – все будет потеряно. Ты моя старая гвардия; я бросаю тебя на врага, так выиграй же мне это сражение.

– Маркиза, твой генерал никуда от меня не денется; доставлю тебе его связанным по рукам и ногам.

– Очень на это надеюсь. Но, предупреждаю, это будет совсем не просто. Этот старикан – стреляный воробей.

– Говорю же тебе, он будет мой, – и Кармен упрямо топнула ногой о пол. – Видела ты когда-нибудь женщину, более желанную, чем я? Да ни один мужчина не устоит перед этим; посмотри. – И она улыбнулась столь обольстительно, что от улыбки ее покраснел бы и пуританин. – Сильно он уродлив, этот твой генерал? А то мне придется искать утешения на стороне.