Месяц волка

К тому же, отчасти, я не мог утверждать были ли они в действительности моими воспоминаниями или же я просто, сам того не осознавая, приобретал их сейчас в этот новый период моей жизни. В любом случае мне так или иначе придется слушать то, что советует Карвер, иначе я действительно мог запросто сложить свою голову или вновь оказаться в плену. Хотя и с советами разведчика такой шанс все равно сохранялся. Правда прямо заявить о том, что я буду следовать его советам я не мог, так как в таком случае я бы признал свою полную беспомощность и Карвер решил бы, что имеет полное право на то, чтобы полностью руководить мной.

От этих размышлений у меня сильно разболелась голова. Я отставил трость в сторону и улегся на кровать. Мне стоило поспать и набраться сил, ведь завтра мне предстояла очередная тренировка с Лотаром. И что-то мне подсказывало, что она будет намного сложнее чем та, что была сегодня. К тому же завтра мне нужно было перекинуться парой слов с леди Эсви насчет Мари. Конечно она и так остановит девушку, когда узнает о ее задумке отправиться с нами, но уж лучше предупредить ее сразу, чтобы она как можно быстрее пресекла любые попытки Мари последовать за нами.

Я прикрыл глаза, пытаясь расслабиться и побыстрее уснуть. Но у меня ничего не вышло. Голова раскалывалась, а мысли словно рой назойливых мух крутился в моей голове. А когда все же сон пришел, он был неглубоким, и я периодически просыпался, вздрагивая и хватая ртом воздух. В нормальный глубокий сон я впал ближе к полуночи и он, наконец, принес мне спокойствие и даровал желаемый отдых.

Глава 6

Расставание

Несведущие умы, а таковыми являются практически все населяющие этот материк люди, называют подобных мне ведьмами. Ну или колдунами, если дело касается одного из братьев. И неважно какого эти слепцы происхождения и какое место занимают в своем обществе. Иногда правители государств могут быть невежественнее, чем самый захудалый крестьянин, не знающий ничего кроме лишь того, как засеять пшеницу или вырастить скот.

Есть и такие кто называют подобных мне словами похуже чем ведьма или колдун и призывают убивать моих сестер и братьев. Взять хотя бы этих степных варваров из Литанийского кагрената или снобов с Болемии. Уж, казалось бы, болемийцы, считающие себя ценителями всего возвышенного и хранителями, как бы это пафосно не звучало, знаний этого мира, должны понимать кем мы являемся на самом деле, но нет, именно эти высокопарные скоты, считают, что место наше на костре.