От разорения к роскоши

Должен признаться, у меня нет опыта в отношениях с девственницами.

– Рада слышать это, – ответила Джулия с таким чувством, что Уилл захлопал глазами. – Я хотела сказать, что джентльмен вряд ли станет соблазнять девственниц. – Она прикусила губу, выпрямила плечи и направилась к постели.

Вдруг Уилл вспомнил яркие картины, в которых изображались христианские мученики, смело идущие навстречу львам, и почувствовал угрызения совести. Несмотря на свой возраст, спокойствие и скандальное приключение, Джулия была невинна.

Хотя его раздражала собственная физическая беспомощность, не следовало пугать бедную девушку.

– Возможно, мне следует сказать, что я жду от вас лишь оного – спать в этой постели.

– О!

Джулия застыла. Затем одной рукой отбросила одеяла. Она то краснела, то бледнела. Уиллу уже показалось, что с ней случится обморок.

– Это правда?

Было видно, что Джулия почувствовала облегчение. Уилл твердил себе, что только бездушный человек может ожидать от нее еще чего-то: она едва знала его, он напоминал живой скелет, едва стоявший на ногах.

С чего это несчастной женщине вдруг захочется заняться любовной игрой с ним? Сам факт, что Джулия опасается, как бы он проявил к ней чисто мужской интерес, показывал, сколь она невинна.

– Ложитесь в постель. Обещаю, вам ничто не грозит.

Джулия откинула одеяла, забралась в постель, села прямо и прижалась к подушкам. Их плечи отделяли добрых восемь дюймов и ее ночная рубашка. Видно, он лишь воображал прикосновение горячего тела Джулии к себе.

От нее пахло розами, оливковым мылом, теплой женщиной. Между ними, точно натянутая струна арфы, вибрировала напряженная атмосфера.

– Главное, чтобы никто не смог оспорить этот брак, – объяснил Уилл, скорее ради того, чтобы успокоить ее. – У нас имеется разрешение архиепископа, нас обвенчал местный викарий перед многочисленной паствой, которую мне удалось собрать, а теперь и наши гости, и слуги смогут поклясться, что мы провели ночь в этой комнате. Если моей тете вздумается оспорить ваши права на имение, она не сможет заявить, что наш брак незаконен и вы не моя жена.

– Понимаю. Да, теперь я знаю, почему это необходимо.

Казалось, Джулия дышала с трудом. Он тоже, подумал Уилл и состроил гримасу, но его дух остался крепок, однако плоть, конечно, оказалась слишком слаба, чтобы потревожить спокойствие теплой, благоуханной женщины, лежавшей рядом с ним. Джулия не была красавицей, однако Уилл отметил, что она привлекательна и полна жизни.