Наш дом

Если бы этого не случилось, я не оказался бы в таком положении.

Конечно, сперва я сказал себе: всего одна поездка!

Дело было в субботу, через пару недель после судебного постановления. У меня дико болела голова с похмелья, а Фия требовала, чтобы я отвез садовый компост в центр переработки отходов. По закону подлости, именно в тот день перед нашим домом освободилось место, так что я не мог оттащить мешок подальше и закинуть в чей-нибудь контейнер.

Фия даже проводила меня до машины, попутно раздавая инструкции:

– На обратном пути заверни в «Сэйнсбериз» и купи таблетки для посудомоечной машины и молоко.

Под ее пристальным взглядом я сел в машину, которую мне было запрещено водить, включил зажигание и поехал. Мной руководила скорее мышечная память, нежели сознание. Я доехал до центра переработки, потом до «Сэйнсбериз», потом до спортивного магазина, и хотя пару раз у меня перехватило дыхание, ничего страшного так и не произошло.

Ну я и продолжил ездить. Спешу добавить – только по необходимости: неотложные домашние хлопоты, рабочие дела, которые невозможно решить с помощью общественного транспорта. Так осторожно я не ездил с семнадцати лет, когда учился водить на соседской «фиесте». Я соблюдал каждый знак ограничения скорости, каждый сигнал светофора; ни сантиметра лишнего за парковочную линию, ни единого писка аварийной сигнализации, ни даже выругаться на велосипедиста.

Однажды в зеркале заднего обзора я увидел патрульную машину и чуть не ослеп от страха. Уже хотел затормозить, припарковаться у какого-нибудь дома и переждать, однако на следующем светофоре они свернули налево, и я порадовался, что сохранил присутствие духа.

Когда нам предложили схему «птичьего гнезда», я сразу понял, что обратной дороги нет.

– Тут без машины никак не обойтись, – рассуждала Фия. – Ты же знаешь, как оно бывает по выходным: то в бассейн, то к друзьям, то в гости к родителям.

И у меня не осталось выбора – пришлось идти до конца.

Теперь я понимаю: так мыслят преступники. Говорят себе: нас просто загнали в угол, а мы что, мы сопротивляемся, как можем, приспосабливаемся, выживаем.

И до того мы убедительны, что сами себе верим.

Глава 10

13 января 2017 г.

Лондон, 13:30

Нападение, убийство, изнасилование, похищение детей – вот настоящие преступления.