Маленькие женщины

Диккенса «Жизнь и приключения Мартина Чезлвита» (1843).]: «Веселиться всегда, надрываться – никогда!» – воскликнула Джо, поднимаясь со стаканом в руке, поскольку лимонад уже был налит всем присутствующим.

Все весело выпили лимонад и тут же приступили к эксперименту, начав с того, что остаток дня провели, ничего не делая. На следующее утро Мег появилась лишь после десяти часов. Завтрак, съеденный ею в одиночестве, оказался не таким уж вкусным, комната казалась пустой и неприбранной, потому что Джо не поменяла воду в вазах, Бет не вытерла пыль, а книжки Эми валялись повсюду в беспорядке.

Все вокруг казалось неопрятным и неприятным, кроме Маменькиного уголка, который выглядел совершенно так, как прежде. Там и села Мег «отдохнуть и почитать», что означало – позевать и помечтать о том, какие красивые летние платья она приобретет на полученное жалованье. Джо провела все утро на реке с Лори, а день – наверху, на яблоне, читая и рыдая над книгой «Этот огромный, огромный мир»[66 - «Этот огромный, огромный мир» (1850) – роман американской писательницы Сюзан Богерт Уорнер (1819–1885), изданный под псевдонимом Элизабет Уэзерелл. ]. Бет принялась вытаскивать все из большого чулана, где проживало ее «семейство», но утомилась, не доделав и половины намеченного, оставила все в своем хозяйстве вверх тормашками и взялась за ноты, радуясь, что ей не нужно мыть посуду. Эми привела в порядок свою беседку, надела самое лучшее белое платье, пригладила кудряшки и села в беседке рисовать, втайне надеясь, что кто-нибудь ее увидит и спросит, кто эта юная художница. Поскольку не появился никто, кроме любознательного паука-косинога, с интересом ее обследовавшего, она пошла прогуляться, попала под короткий ливень и вернулась домой, промокшая до нитки.

За вечерним чаем, обменявшись впечатлениями, они пришли к выводу, что это был восхитительный, но необыкновенно долгий день.

Мег, ходившая по магазинам во второй половине дня и купившая себе «миленький голубой муслинчик», обнаружила, после того как успела отрезать ярлыки, что его нельзя стирать. Эта неприятность ее несколько раздражила. Джо во время гребли сожгла на солнце нос, и на нем стала лупиться кожа, а от беспрерывного чтения у нее страшно разболелась голова. Бет огорчили беспорядок в ее чулане и трудность разучивания трех или четырех песен сразу.