Маленькие женщины

– Как забавно! – рассмеялась Грейс. – У меня есть пони, и я езжу верхом в парке почти каждый день, с Фредом и Кейт. Это очень приятно, потому что и мои подруги тоже ездят, и Роу всегда полон нарядных леди и джентльменов[79 - …и Роу всегда полон нарядных леди и джентльменов. – Грейс имеет в виду Роттен-Роу – аллею для верховой езды в лондонском Гайд-парке. Английское название Rotten Row – «гнилой ряд» – произошло от искаженного французского Route du Roi – «дорога короля».].

– Ах, это очаровательно! Я надеюсь как-нибудь тоже поехать за границу, но мне, пожалуй, больше хочется съездить в Рим, чем в Роу, – ответствовала Эми, которая ни малейшего представления не имела о том, что такое Роу, но ни за что на свете не стала бы спрашивать.

Фрэнк, сидевший прямо позади девочек, услышал, о чем они говорили, и, видя, как активные молодые люди поглощены всякими смешными физическими упражнениями, раздраженным жестом оттолкнул от себя костыль. Бет, подбиравшая разбросанные карточки от игры в «Авторов», подняла голову и спросила застенчиво, но очень дружелюбно:

– Боюсь, вас все это утомило.

– Поговорите со мной, пожалуйста. Такая скука – сидеть тут в полном одиночестве! – отвечал Фрэнк, которому, по всей вероятности, дома уделяли много внимания.

Даже если бы он попросил ее произнести торжественную речь на латыни, это не показалось бы робкой девочке более сложной задачей, однако бежать ей отсюда было некуда, никакой Джо, чтобы укрыться за ее спиной, рядом не оказалось, а бедный мальчик смотрел на нее такими печальными глазами, что Бет решилась попробовать.

– О чем вы любите разговаривать? – спросила она, возясь с карточками и уронив добрую половину из них в попытке увязать их все вместе.

– Ну, я люблю слушать про игру в крикет, про греблю и про охоту, – ответил Фрэнк, пока еще не научившийся приспосабливать свои развлечения к своим возможностям.

«Ох! Что же мне делать? Я же обо всем этом ничего не знаю», – подумала Бет и, в спешке своей забыв о несчастье мальчика, надеясь, что такой вопрос заставит его заговорить, сказала:

– Я никогда не видела охоты, но вы-то, наверное, все об охоте знаете?

– Я один раз охотился, но теперь уже никогда больше не смогу охотиться снова, потому что я расшибся, беря тот проклятый пятипланочный барьер, так что теперь для меня не будет ни лошадей, ни гончих псов, – произнес Фрэнк с таким вздохом, что Бет возненавидела себя за собственный невинный промах.