Очень храбрый человек

Очищал воздух, показывая на источник запаха.

Он подался вперед на стуле:

– Вы ведь не думаете, что я тонкокожий?

Полицейские замотали головой.

– Хорошо. Я сомневаюсь, что вы прочтете что-нибудь такое, чего я не прочел раньше вас. Я отвечу на ваши вопросы один раз, а потом мы оставим это в прошлом. D’accord?[7 - Договорились? (фр.)]

Злосчастный молодой агент снова сжимал телефон в руке и молился, чтобы на него обрушилась крыша.

Никто не достигал высшего звания в Квебекской полиции, если у него не было амбиций.

И безжалостности. И агент мог себе представить, что пришлось делать Гамашу, чтобы подняться на самый верх. А еще он знал, что говорят о Гамаше в социальных сетях. Самое мягкое слово там было «социопат».

И теперь Гамаш смотрел на агента. Приглашал его войти в ловушку.

– Я бы не хотел это делать, patron.

– Понимаю, – сказал Гамаш, понизив голос, хотя все по-прежнему могли слышать его слова. – Когда я был старшим суперинтендантом, у меня в кабинете висел плакат в рамочке. На нем были написаны последние слова выдающегося поэта Шеймаса Хини.

«Noli timere». Это на латыни. Вы знаете, что они означают?

Он оглядел зал.

– И я тоже не знал, – продолжил он, не дождавшись ответа. – Пришлось поискать. Они означают «Не бойся». – Его взгляд снова остановился на злосчастном молодом человеке. – На работе вам придется делать вещи, которые будут вас пугать. Возможно, вам станет страшно, но вы должны быть храбрым. Когда я попрошу вас сделать что-то, вы должны верить, что для моей просьбы есть веские основания.

А я должен верить, что вы выполните мое задание. D’accord?

Агент посмотрел на свой телефон, провел пальцем по экрану и начал читать.

– «Гамаш сумасшедший. Трус», – прочел он. Голос его звучал сильно, ровно, но лицо стало пунцовым. – «Его следует запереть и не допускать к службе. Квебек в опасности, пока он находится там».

Агент поднял голову, глазами умоляя позволить ему остановиться:

– Это всего лишь комменты, сэр. В ответ на какую-то заметку.

Это не реальные люди.

Гамаш вскинул брови:

– Если вы не предполагаете, что это боты…

Агент отрицательно покачал головой.

– …то они реальные люди. Я только надеюсь, что они не квебекцы.

– Вот один из Труа-Ривьер.

Гамаш поморщился:

– Продолжайте. У кого-то есть еще?

Один за другим они стали читать оскорбительные твиты.

– «Гамаш даже не хочет возвращаться, – прочитал один агент. – Я слышал, он отверг предложение. Жители Квебека ему безразличны.