Очень храбрый человек

Она пригласила его на совещание, отчасти рассчитывая на его опыт, а также видя в этом возможность подчеркнуть свое новое положение в глазах других высоких персон.

В городе появился новый шериф. Старый ослабел, сник. Разжалован.

Она не подумала о том, что для остальных участников будет естественным обращаться в первую очередь к нему. То ли по привычке, то ли потому, что они по-прежнему относились к нему с уважением.

Разумеется, кроме заместителя премьера. Который презирал Гамаша.

Не рассчитывала Туссен и на то, что Гамаш добровольно откажется от своей ведущей роли.

Она несколько месяцев не видела своего прежнего босса и, увидев его снова, испытала легкое чувство стыда за то, что поступает с ним так. Но главным образом она чувствовала раздражение. Потому что он, по всей видимости, ничуть не переживал из-за своего понижения.

Гамаш постучал очками по карте, потом посмотрел на Туссен:

– Возможно, у нас меньше времени, чем вы думаете.

Он рассказал им о подвижках льда в районе моста Шамплена.

– Откуда вы это знаете? – спросила Туссен.

– Видел своими глазами.

– Как?

– Вышел из машины и посмотрел.

– Вниз? – спросила она. – Вы стояли на мосту и смотрели за ограждение?

Хотя об акрофобии Гамаша не было широко известно, те, кто давно служил с ним, знали или по меньшей мере подозревали, что он страдает боязнью высоты.

– Да.

– Это означает, что мосты вскоре придется закрыть, – сказала она ему. – И дороги, я полагаю, тоже.

Гамаш едва заметно кивнул, соглашаясь с ней. И Туссен испытала удовлетворение и одновременно недовольство собой за то, что хотела, искала его одобрения.

– Команды взрывников уже на пути к наиболее опасным местам, – сообщил военный инженер. – Включая, конечно, и плотины гидростанций. При необходимости мы будем взрывать ледяные заторы.

– Хорошо. Спасибо, полковник, – сказала Туссен, возвращая себе главенствующее положение.

– Постойте, – вмешался заместитель премьера.

– Лучше пусть паникуют, чем тонут, – заметил военный инженер.

– А можно сделать что-нибудь другое? – спросил политик.

– Например, остановить дождь, сэр? – осведомилась главный метеоролог. – Я пыталась. Ничего не получается.

– У меня есть одна мысль, – сказал Гамаш, обращаясь к представителю «Гидро». – Вы говорили о шлюзах.