Очень храбрый человек

Но мы оба знаем, что у вас есть достаточно резервных мощностей, которыми вы можете воспользоваться. – Гамаш уставился на женщину. – Дрожать от холода, сидя в темноте, мы пока еще не будем.

Эта старая угроза со стороны «Гидро» и политиков десятилетиями оправдывала драконовские меры, предпринимаемые коммунальными службами.

После секундного замешательства представитель «Гидро» коротко кивнула. Политик злобно сверкнул глазами на Гамаша. Старая ложь была разоблачена.

– Оставьте по одной команде на наиболее уязвимых плотинах, – сказал Гамаш.

 – На тот случай, если одного открытия шлюзов будет недостаточно. И перенаправьте все остальные ресурсы на прокладку отводов и водосливов на притоках.

– Merci, – сказала Туссен, пытаясь вмешаться. Остановить этот поток советов.

– Есть очевидные ключевые места, – заметил полковник из Корпуса инженерных войск, принимая предложение и указывая на несколько рек. – Мы можем выбрать дюжину наиболее важных притоков. Скажем, здесь… и здесь.

– Oui, – кивнул Гамаш, знакомый с местностью.

 – Нам не нужно отводить все. – Он оторвал глаза от карты и посмотрел на Туссен. – Мы можем также обратиться за помощью к местным фермерам. Воспользоваться их оборудованием для рытья…

– Мы? – спросила она, и опять все в кабинете замерли.

Исключая политика, по лицу которого расползлась широкая улыбка.

– Вы, – поправился Арман, выпрямляясь и снимая очки для чтения. – Это ваша операция, старший суперинтендант. Вы просили моей помощи и совета. Я просто даю их вам.

– Спасибо.

– Сражение можно выиграть на одном фронте, – продолжал он. – Но война выигрывается на многих. Вы сосредоточиваете силы в самых опасных местах. И в этом есть свой смысл. Однако вы можете также работать на опережение кризиса. Хотя риск и существует.

– Но это не риск, Гамаш, – перебил его заместитель премьера. – Это безрассудство.

Все взгляды устремились на него. Гамаш поднял голову и посмотрел на политика:

– Это просчитанный риск, месье. – Голос его звучал так официально и холодно, что было странно, почему при каждом слове из его рта не вылетает облачко тумана.

 – Гораздо больше риска в параличе. В безответственной нерешительности.

– Вы так думаете? Может, нам стоит спросить об этом тех ваших подчиненных, кто был убит или ранен из-за ваших так называемых просчитанных рисков? Да вы вообще не должны здесь находиться. Вы должны сидеть дома. Или охранять какой-нибудь «Уолмарт». Или прохлаждаться в тюрьме.

Никто не произнес ни слова.