Королевство слепых

– Это какая-то шутка, верно? – спросила Мирна, а Арман рядом с ней снял очки для чтения и посмотрел на нотариуса.

– Не понимаю, – сказал Бенедикт.

– Все предельно ясно, – сказал Люсьен.

– Но это же чепуха, – сказала Мирна. – Лишенная всякого смысла.

Арман перевел взгляд на документ. Они наконец добрались до восьмого раздела завещания, при этом нотариус читал каждый предшествующий раздел, каждый пункт, каждое слово своим гнусавым голосом. Из-за усталости и утренних стрессов, после еды, в тепле, исходящем от печки, и под заунывный голос Люсьена им приходилось напрягаться изо всех сил, чтобы не уснуть.

Гамаш несколько раз замечал, как веки Бенедикта смыкались и голова падала, а потом молодой человек с трудом прорывался назад к действительности. Широко раскрыв глаза, он держался, пока его тяжелые веки не смыкались снова.

Но теперь сна у него не осталось ни в одном глазу. У всех них.

– Здесь сказано, – Мирна посмотрела на страницу, ткнула пальцем в нужную строку, – «Я завещаю трем моим детям по пять миллионов долларов каждому».

Она снова жестким взглядом посмотрела на Люсьена.

– Пять. Миллионов. Долларов, – повторила она. – По вашему мнению, есть в этом какой-то смысл?

– Каждому, – заметил Бенедикт. – Всего… пятнадцать миллионов.

– Пять, пятнадцать, сто миллионов, – сказала Мирна. – Какая разница. Чепуха.

– Может быть, она имела в виду деньги «Канадской покрышки»[12 - Имеются в виду купоны лояльности, выпускаемые компанией «Канадская покрышка» («Canadian Tire money»).

Нет, не имела.

– И что мы должны делать с этим? – спросила Мирна.

Она показала на завещание, потом воззвала к Арману, который смотрел на нотариуса, подняв брови.

– У нее есть такие деньги? – спросил он.

– У Берты Баумгартнер? – добавила Мирна. – Мы все в одном доме были сегодня утром? Эта женщина с явно богатым воображением вряд ли была миллионершей.

– Может быть, она была… как это говорят… – сказал Бенедикт.

– Скрягой? – спросил Арман.

– Сумасшедшей, – сказал Бенедикт.

– Мы еще не закончили, – сказал Люсьен.

Он загундосил дальше, но теперь они слушали внимательно, следили за каждым словом, а дары следовали один за другим.

Продаже подлежал ее дом в Швейцарии, а также здание в Вене. Вырученные деньги подлежат разделению между детьми и внуками. При этом миллион долларов получал местный приют для животных.

– Это мило, – сказал Бенедикт.