Стеклянные дома

 – Он наверняка вскоре исчезнет.

– Вот только не успокаивайте нас, – сказала Клара, слегка смягчив улыбкой раздражение в голосе. – Я вам продемонстрировала свое, – она показала на мастерскую, – теперь покажите мне свое.

– Это лишь впечатление, – ответил он. – Бессмысленное. На самом деле я понятия не имею, кто он и зачем здесь.

– Арман, – настойчиво произнесла Клара.

И он сдался.

– Смерть, – сказал он и посмотрел на Рейн-Мари. – Вот такие у меня ассоциации.

– Смерть с косой? – спросила Рут утробным голосом.

 – Мрачный Жнец? Он не указывал кривым пальцем?

Она подняла собственный костлявый палец и показала на Армана.

– Я же не говорю, смерть в буквальном смысле, – сказал он. – Но мне кажется, тот, кто надел этот костюм, хочет, чтобы мы провели такую параллель. Он хочет, чтобы мы боялись.

– И я догадываюсь чего, – сказала Клара.

– Вы все ошибаетесь, – возразила Рут. – Смерть вовсе не так выглядит.

– Откуда ты знаешь? – спросила Клара.

– Оттуда, что мы старые друзья. Он приходит почти каждый вечер.

Мы сидим в кухне и болтаем. Его зовут Михаил.

– Архангел? – удивилась Рейн-Мари.

– Да. Все считают, будто смерть – это и есть то ужасное существо, но в Библии именно Михаил посещает умирающих и помогает им в последний час. Он прекрасен, с этими его крыльями, которые он плотно прижимает к спине, чтобы не перевернуть мебель.

– Давайте-ка уточним, – сказала Рейн-Мари. – К вам приходит архангел Михаил?

– Давай-ка уточним, – сказала Клара. – Ты читала Библию?

– Я читала все, – ответила Рут Кларе, потом повернулась к Рейн-Мари.

 – Да, он приходит. Но ненадолго. Он очень занят. Однако заходит выпить и посплетничать о других ангелах. Этот Рафаил, скажу я вам, тот еще тип. Отвратительный, жестокий старикашка.

Кто-то из них издал неуверенное «хм».

– И что вы ему говорите? – спросил Арман.

– Арман, – произнесла Рейн-Мари предостерегающим тоном.

Но он вовсе не собирался подшучивать над старухой. Его разбирало искреннее любопытство.

– Я рассказываю ему о вас.

Показываю ваши дома и делаю кое-какие предложения. Иногда я читаю ему стихи. «Из школы домой в семейный ад – / путь невеселый подростка, – процитировала она, задрав голову к потолку в попытке вспомнить. – Куда его велосипед свернет, / доехав до перекрестка?»

Они помолчали несколько секунд, осознавая смысл слов, от которых у них перехватило дыхание.

– Это твое? – спросила Клара.

Рут кивнула и улыбнулась:

– Я знаю, что это процесс.