Все дьяволы здесь

Марго, теперь взрослая замужняя женщина, была здесь и тридцать пять лет назад, когда Гамаши забежали в «Жювениль», промокшие под неожиданным ливнем, и решили здесь пообедать.

Марго тогда было всего пять, а она уже работала в баре.

Ее отец наклонился и что-то шепнул ей на ухо, показывая на Гамашей. Девочка подошла к ним с белым льняным полотенцем, перекинутым через руку, и серьезным тоном предложила им лучшее красное вино из Андалусии.

Она тщательно выговорила название, а потом вернулась к отцу, который одобрительно кивнул и улыбнулся молодой паре.

Теперь в ресторане заправляла Марго, а ее муж Роман был шеф-поваром. Однако Тим оставался владельцем, и его по-прежнему называли Большим Боссом.

Сегодня вечером на столе уже стоял, ожидая их, знакомый графин. Они пришли первыми и сели за их обычный длинный стол у стойки бара.

Арман и Рейн-Мари поболтали с Большим Боссом под джазовую музыку, негромко звучавшую на заднем плане. Не прошло и нескольких минут, как появились Даниель и Розлин с Анни и Жаном Ги.

Марго с радостными криками приложила руку к животу Анни, и, пока остальные здоровались, две женщины принялись обсуждать предстоящие роды.

Когда шум стих, все сели. Даниель разлил вино, а Марго принесла свежевыжатый сок для Анни и кока-колу для Жана Ги. На хлеборезную доску на столе выложили еще горячие багеты, затем принесли terrine de campagne[19 - Мясная французская закуска (фр.).], взбитое масло, маленькие вазочки с оливками.

– Я думала, Стивен тоже придет, – сказала Анни, глядя на пустое кресло.

– Он придет, – заверил ее отец. – Мы виделись сегодня днем.

– Попробую угадать, – сказал Даниель. – В Музее Родена? – Он повернулся к Розлин. – Ты когда-нибудь слышала историю о том, как папа делал предложение маме?

– Никогда, – ответила Розлин с преувеличенным интересом. Как и все остальные, она слышала эту историю тысячу раз. – И что случилось?

Арман прищурился, глядя на невестку с напускным неодобрением, и она рассмеялась.

– Девочкам понравились пижамки, – сказала Розлин свекрови.

– Ну так и позволь им, – сказал Даниель. – И кстати, мамочка, спасибо, что не разрешила папе выбирать подарок.

– Он уже просил завернуть пару малярных валиков для краски, но я успела его остановить.

Арман печально покачал головой:

– Видимо, им придется дождаться Рождества.

Пока все остальные смеялись, Арман внимательно смотрел на Даниеля.

Тот был счастлив.