Врата духа

А те немногие, что пытались привносить новые реформы, либо отказывались от своих идей, либо теряли свое положение, или же тратили на это всю свою долгую жизнь и шли на уступки Высшему совету, превращающему амбициозные проекты в их бледное подобие. И еще никому за все время существования Цитадели за исключением тех, кто стоял у ее истоков, не удавалось вписать новый пелигрум[2 - Пелигрум – пункт закона входящего в состав свода правил Цитадели духа.], в свод правил. По крайней мере Делания о таком не знала. Но именно она собиралась стать первой кто сделает это.

Ведь когда-то же должен появиться новатор, который сдвинет старые устои и придаст миру новое дыхание, пока тот окончательно не задохнулся в своей закостенелости. Старые опоры имеют свойство со временем рушиться. Это также неизбежно, как и настигающая любое живое существо смерть.

Труппа музыкантов игравших на улице Синих огней, названной так из-за установленных здесь фонарей из темно-голубых стекол, которые зажигали вечером, и они горели всю ночь заливая улицу синим светом, отвлекли Деланию от ее мыслей.

Они наигрывали веселую мелодию известную во всех трех городах-государствах и за их пределами. «Дезира ходящая по лезвию бритвы» так она здесь называлась, хотя в Тессинском салисариате главную героину этой незамысловатой песенки звали Дезарией. Высокий мужчина, исполнявший ее под аккомпанемент своей труппы, кривлялся и подтанцовывал в такт музыке и словам, а собравшиеся вокруг них зрители выплясывали рядом. Делания при виде этого зрелища вспомнила свою юность и то, как сама любила танцевать, не раз сбегая из-под строгого надзора родителей. Как-то раз они с Тавелией напились яблочного вина, явно не рассчитав свои силы. Она и сейчас помнила ту взбучку, что устроила ей мать. Предавшаяся воспоминаниям Делания весело рассмеялась, нисколько не заботясь о том, что кто-то будет смотреть на нее. Она не сомневалось в том, что многие из этих людей узнали ее, ведь будучи Первой Говорящей она принимала непосредственное участие в церемонии Принятия, которая считалась кульминацией праздника Пути духа, хотя гуляния в городе заканчивались лишь утром следующего дня. И конечно же многие знали ее в лицо и в любой другой день непременно стали бы выражать ей свое почтение и расшаркиваться в приветствиях, но только не сегодня. Сейчас Делания была одной из них, просто еще одной женщиной, что придается веселью в столь знаменательный день. И она не возражала этому.