Врата духа

Нет эта комната хоть и являлась самой дешевой в «Славном изумруде» сама гостиница была дорогой и снял он эту комнату не из-за того, что у него было мало денег, и не из-за природной бережливости, а потому что остальные комнаты были уже заняты. Конечно, он выбрал именно эту гостиницу не случайно. Когда-то, казалось, это было в прошлой жизни, он снимал комнату в «Славном изумруде» носившим в ту пору иное название. Эта комната находилась в левом крыле второго этажа и сейчас ее занимал толстый торговец из герцогства.

Мерзкий тип, который с трудом говорил на языке городов-государств, не согласился уступить ему комнату, хотя Идаши предлагал ему двойную цену. Под конец этот толстый слизняк и вовсе разорался, и принялся махать перед лицом Идаши своими пухлыми руками с короткими пальчиками, больше похожими на мерзких шевелящихся червей. Что ж, Идаши пришлось уступить и снять вот эту комнатушку. Тем не менее даже будучи здесь он ощущал значимость этого места. Когда-то он останавливался здесь с ней. Именно в той комнате. Вряд ли там сохранилась та же обстановка, ведь это было так давно. За это время гостиница успела сменить название и хозяина. Но Идаши, закрывая глаза, словно наяву видел перед собой их уютную комнату, где время не имело хода, место, где они были только вдвоем. Он видел ее такую хрупкую и женственную застывшую в горделивой позе у окна. Легкий ветер развивает ее золотистые волосы и подол светло-зеленого платья из тончайшего шелка. Это он подарил его ей. То была ручная работа, как уверял его тот темнокожий торговец с Тибронских островов. Это платье так нравилось ей. Именно в нем он и застал ее в тот день, когда…

Идаши резко открыл глаза и яростно встряхнул головой отгоняя накатившие на него воспоминания. Нет, он больше не должен поддаваться чувствам отчаяния и тоски. Он должен идти дальше. Без нее. Должен. Ведь прошло столько времени с того момента как она покинула его.

Идаши заставил себя подойти к окну и отворить ставни пуская в комнату солнечный свет.

Он снова зажмурился, пытаясь привыкнуть к освещению. Визгливая женщина, кажется, замолчала и Идаши услышал оправдывающийся мужской голос. Он выглянул в окно, выходившее на широкую площадь Садвике, названную, как и многое в Иритаске и ее окрестностях, в честь почитаемой здесь матери-богини. Это была самая большая площадь в старой западной части Иритаски, называемой Солнечным городом.