Врата духа

Тогда до Идаши доходили лишь слухи этих разговоров. По положению он был выше Делании и его не интересовало, о чем там болтают молодые Говорящие, хотя уже тогда многие пророчили Делании большое будущее. В свое время он недооценил ее, а теперь вынужден был сотрудничать с этой женщиной. Конечно, если бы пятнадцать лет тому назад он не покинул Цитадель, то возможно все бы повернулось иначе, но… Идаши тут же отбросил эти мысли. Прошлого не вернуть, да имей он такую возможность Идаши сомневался в том, что не поступил бы точно так же, как и тогда.

Разве что не позволил бы Карише сделать с собой это. Мысль о ней принесла ему новый поток тоски. Нет, нужно было отвлечься, не думать о ней. Но ему было тяжело это сделать. Тем более что следующий вопрос, который он хотел задать Олети был также связан с Карише и тем событием, из-за которого их жизни сделали крутой поворот. Он не мог не думать о ней даже спустя столько лет, но он боролся с собой, правда, как показывало время, не особо успешно.

– Я знаю, что ты хочешь спросить о ней, просто не решаешься, – мягко сказала Олети протягивая через стол руку и накрывая ладонью сжатые в кулаки руки Идаши.

Он вздрогнул и разжал пальцы, только после прикосновения Олети осознав, что до боли в костяшках сжимал их. Похоже Олети не нужно было гадать о том, что сейчас у него на уме.

– Нет, – наконец смог выдавить он из себя. – Не сейчас. Я знаю, что ты умеешь держать свое слово и девочка в порядке. Этого пока достаточно. Я попрошу тебя рассказать все, когда придет время.

Олети, пристально вглядевшись в глаз Идаши, медленно отняла руку и приняла прежнюю позу, хотя он не мог не заметить, как она напряжена. Идаши видел, что Олети борется с собой и эта борьба отражалась на ее лице.

– Ведь с ней все в порядке? – спросил он, наконец не выдержав напряженного взгляда Олети.

– Д-да, – наконец ответила Вторая Говорящая, выдавив из себя вымученную полуулыбку. – Она также наделена даром и является слушателем Цитадели. Правда сейчас ее отослали с несколькими Говорящими в Боэе по одному делу.

Ничего серьезного, беспокоиться не о чем. Возможно, ты бы хотел видеть ее, когда та вернется. Она была бы рада узнать, что есть человек, благодаря которому она…

– Нет, она не должна ничего знать о той роли, что я сыграл в ее судьбе. Мне достаточно знать, что с ней все хорошо. Никто не должен заподозрить, что я имею хоть какое-то отношение к девочке. Я даже не желаю знать, как ты назвала ее Олети и какую придумала историю ее рождения.