Эмили и Волшебное Королевство

И поскольку эта сказка стала её любимой, они с Теодором часто играли в неё, представляя, как пробираются через лес, проплывают через реку, где их хотят укусить за ногу большие рыбины, как мёрзнут в горах, но твёрдо идут к цели, и как, наконец, достигают её. Эти путешествия были значимой частью мира воображения ребёнка, и в отсутствие отца она всегда строила планы, как бы им добраться до заветного места.

Но вот, момент вдохновения и мечтаний кончился. Отец снял дочь с коня, сказав, что сейчас Гром не для неё, но однажды он обязательно научит её езде верхом.

– Я буду кататься на Громе! – упоительно прошептала она сама себе.

– Или на Резвом, – улыбнулся Теодор, – я думаю, он будет не против.

– Нет, Гром, – заявила она.

На том они и порешили. Когда стемнело, они зашли домой. Все вместе зажгли пару свечей, поставили на стол и приготовились к ужину. После него Эмили, как и всегда, рассказали сказку на ночь, и она уснула, не подозревавшая, что уже завтра её отец уедет. Ей казалось, что в этот раз он останется с ней надолго.

Может, навсегда. Не важно, что они не привезли добычи. В Капитайбуре ведь и так была еда. Зачем им больше? Главное, что они втроём были вместе, и её папа был рядом. Эта мысль грела маленькое храброе сердце.

Глава 2. Кукла и животное

– Будь осторожен, Тед, – говорила Нина своему мужу на следующий день. Было раннее утро, птицы только начинали сонно щебетать где-то вдали, и по небу разливалась тонкая розовая полоска, перетекающая в ярко-голубое небо.

Солнце поднималось из-за горизонта, стремясь оказаться всё выше и выше. Но, несмотря на яркий свет его широких лучей, простирающихся над землёй, было холодно. Листья деревьев шелестели на ветру, а их верхушки обеспокоенно покачивались из стороны в сторону. Нина поправила шаль на спине.

– Как всегда, – Теодор улыбнулся ей. За этим последовали полные любви объятия, и он развернулся, уже готовый отправляться в путь. Но его вдруг остановило детское «папа!», выкрикнутое откуда-то позади.

Эмили проснулась очень рано, и она успела застать отца до того, как он уехал.

Наверное, справедливо было бы разбудить её, чтобы попрощаться. Но Теодор не любил прощаться. Он всегда знал, что вернётся к дочери, и всегда говорил ей, что ни за что её не оставит. А слова прощания лишь привносят сомнения в сердца тех, кто расстаётся на время.

– Куда ты? – Эмили бросилась к отцу и крепко обняла его. Теодор присел на корточки и объяснил ей необходимость своего отъезда.