Соучастники в любви

Я осознаю, что дальше строить из себя непонимающую девчонку уже глупо.

– К чему это все?

– Просто держу вас в курсе хода расследования, как и просили, – невозмутимо говорит он.

– Правда? – завожусь я. – А мне показалось, вы меня в чем-то обвиняете, офицер.

– Я здесь не с этой целью, – говорит он спокойно. – Мисс Харт, я здесь как друг.

– У меня нет друзей! – фыркаю я, скрестив руки на груди, а затем, бросив взгляд на его форму, добавляю: – Тем более среди копов.

– Не все копы в этом городе хотят вас в чем-то обвинить, – он понижает голос.

 – Я понимаю причину вашего недоверия к шерифу Осборну, но я хочу помочь. Расскажите правду, помогите найти Дивера, и вас ни в чем не обвинят, обещаю, – он говорит убедительно, но уже слишком поздно: я о многом уже соврала. И к тому же я все еще не хочу подставлять Кэрол и детей.

Теперь я решаю, что лучшая защита – это нападение.

– Я знаю, что вы делаете, офицер. – Я подаюсь вперед, упершись локтями о стол.

– Что?

Он смотрит вопросительно.

– Вы новенький, так? Наверное, это даже ваше первое место работы? – Я гляжу ему в глаза, он кивает, и я продолжаю: – Так вот, вы пытаетесь выслужиться. Доказать, что вы годитесь для этой работы. Не знаю кому: шерифу Осборну или самому себе, а может, и всем вместе. И ваше желание похвально, правда. Но оно… заставляет вас видеть то, чего нет. Понимаете, о чем я? В общем, мой вам совет: возьмите себе выходной и расслабьтесь, наконец! – резко выдаю я.

Моя пламенная речь заставляет посетителей закусочной обернуться на наш столик, и я надеюсь, что это остудит уверенность Миллса в собственных словах.

Лицо Миллса выглядит все так же невозмутимо, но сжатые кулаки выдают его. Наконец-то. Я уж думала, что этот человек никогда не злится. После полуминутного напряженного молчания он вздыхает.

– Что же, прекрасные способности к профайлингу, мисс Харт. Может, вы бы могли стать неплохим копом, – он пытается вежливо улыбнуться, но я вижу, что разозлила его.

Он вдруг берет чистую салфетку и одну из моих ручек, лежащих на столе, и пишет что-то, поясняя: – На случай, если решите перестать покрывать Дивера.

Он протягивает салфетку мне и поднимается, чтобы уйти. Я вздыхаю с облегчением.

– Всего хорошего, офицер Миллс.

– Мы хоть и не друзья, но можете звать меня Джаред, – говорит он, опуская салфетку на стол.

– Всего хорошего, помощник шерифа, офицер Джаред Миллс, – сухо отвечаю я.