В объятиях тьмы

Он снял какую-то сумку с седла, и мы пошли вперёд к тому самому месту. Исчадья ада уже там не было. На зелёной траве, оперевшись об ствол старого дуба и обхватив себя за колени, сидела плачущая Виктория. Наконец, дядя позволил мне побежать к ней.

– Вики, – прокричала я, испуганным, полным сочувствия и боли голосом.

Но она даже не подняла голову, продолжила плакать. Золотые локоны подруги были все спутаны, на руках виднелись синяки, на коленях ссадины. Я присела рядом и обняла её.

– Эмбер, твоя жалость ей не поможет, раны сами себя не обработают, – хладнокровно молвил Конрад и протянул мне какую-то баночку.

 – Этим намажь синяки, вот этим – он подал какой-то тюбик, – обработай раны.

Я послушно взяла всё, что он дал, и принялась за дело. Дядя положил чистое платье рядом с Вики и сказал:

– Я отойду ненадолго, собрать трав. Никуда отсюда не отходите. Хорошо?

– Да, как скажешь.

После этих слов Конрад исчез среди разнообразия лесной гущи. Осторожно обработав все видимые мне раны, попыталась привлечь внимание подруги на себя и мне это удалось.

Её голубые глаза, на которых брильянтовой росой застыли слёзы, наконец посмотрели на меня.

– Позволь я помогу надеть платье. Простудишься. На улице хоть и лето, но ветер прохладный, а ты совсем нагая.

Подруга кивнула и попыталась встать, у неё затряслись ноги, и тут я увидела, что по ним струйками течёт кровь.

Испугавшись за неё закричала:

– Конрад, Вики истекает кровью.

– Не кричи, Эм. Я не умираю, это нормальное явление.

– Но, у тебя кровь…

– Просто помоги мне надеть платье.

Я послушно выполнила просьбу подруги и отправилась к Ветру, так звали коня, который принадлежал дяде. Взяла фляжку с водой и принесла ей. Сделав несколько жадных глотков, подруга взглянула на небо с какой-то странной улыбкой, которая больше напоминала печаль. Сев с ней рядом, спросила:

– Вик, поговорим?

– Жизнь такая необъяснимая штука. Вот недавно мы смеялись, гуляя по ярмарке, обсуждали твою свадьбу. Ели яблоки в карамели, жизнь казалась такой весёлой и беззаботной.

Вечером, как обычно, мы с Ники пришли бы домой и помогали маме по хозяйству. Папа бы снова спорил со мной о том, что девушке нужно удачно выйти замуж, а я бы твердила: образование важнее замужества. Николь бы устало зевала и принесла бы нам чаю. Мы бы уснули в своих кроватях, ожидая нового чудесного дня. Мне казалось, я была сильной девушкой, уверенной в себе и в своих убеждениях. Но сегодня поняла, что это не так.