Царь степей. Aspergillum Lуdiаnum (сборник)

Там он приобрел судно «Ласточка», на которой в числе судового экипажа, помимо Матюрена и Бильбоке, бывших матросами у капитана Лакруа, значились еще два канадца – Жан и Пьер, сопровождавшие капитана Уарена во всех его путешествиях, и еще шесть американцев, привыкших ко всяким опасностям жизни в пустынях. Но вот после счастливого плавания, тогда, когда он уже почти достиг порта Акапулько, маленький корабль разбился на подводных скалах, названных Скорпионами, и погибли оружие, инструменты, заметки, карты и часть имущества владельцев судна, не считая уже непоправимой гибели восьми матросов.

Оставшиеся в живых, никогда не предполагавшие, что подобное несчастье может их постигнуть, находились теперь в руках диких индейцев, и участь их всецело зависела от них, а те были гораздо опаснее своих соплеменников на берегах Гоатцакоалько. Мучимого воспоминаниями о прошлом и страшной неизвестностью относительно нынешнего своего положения, в воображении Рауля, находившегося постоянно в лихорадочном состоянии, возникали окровавленные тени его отца и отца Валентины и, казалось, звали к себе. Было ли это предзнаменованием? Он и его отважная спутница неужели действительно должны были погибнуть, только что начав жить друг для друга, полные сил и надежды? Все это вызывало отчаяние; молодой человек содрогался от ужаса. Валентина, в свою очередь, с большим трудом скрывала те муки, которыми страдало ее бедное сердце! После ужасных потрясений кораблекрушения, чудом спасенные из яростных волн изумительным хладнокровием своего мужа, лишь в тот момент, когда она горячо благодарила его за свое спасение, то заметила, что он ранен. Едва рассвело, вместо друзей, которых она надеялась встретить, вдруг внезапно впереди возникли индейцы. Все эти испытания, быстро следуя одно за другим, вызывали страшную нервность и болезненную впечатлительность в молодых супругах, которые не спали уже около сорока восьми часов. Уцелевшие чувствовали себя совсем разбитыми, лишенными всяких надежд и сожалели только о том, что не разделили участи своих погибших в волнах матросов. Они тогда бы по крайней мере умерли все вместе и не подверглись бы плену, ужасному рабству и утонченным истязаниям, которым из своей ненависти к белым подвергают индейцы попавшихся в их руки европейцев. Однако, по счастью, оба супруга крепко уснули.

Матюрен и Бильбоке, хотя и были встревожены и печальны, но нисколько не теряли сил физических и нравственных. Кораблекрушение для них не было каким-то необычным ужасным происшествием.