Левая рука Бога

Как огня боялись этого знака все предатели и инодумцы, которые творили козни стране. Это Особый приказ первым стал на пути чужеземного вторжения, когда через Хвалынское море в мягкое подбрюшье Земли Российской, в Астраханщину, вторглись военные корабли Персии. О делах Особого приказа каждый день дальновидение говорит. Тот же «Час суда праведного» Ярцев-старший постоянно смотрит, так там что ни день, то очередной вражина со слезами раскаяния выступает.

– Да уж, не знали, не ведали, – Катя бросила камешек в воду. – Теперь ты расскажи.

– Что?

Катя бросила еще один камешек.

– Как там, в Москве, – сказала она. – После того, что три года назад было…

Ярцев помолчал. Если ты москвич, вопрос о подземке неизбежен. О том, что осталось после атаки. О жертвах. Обо всем.

– Поезда давно пустили по всем веткам, – сказал он. – На Киевской и Гатинской памятники недавно открыли красивые – черная плита, в ней плывут имена без остановки. Некоторые, правда, еще боятся ездить, но, думаю, скоро все успокоится.

Теперь на каждом стане стоит объемный просвет на входе – такая дура, знаешь, арка-полукружина с двухверховый дом. Городовых нагнали, на каждом углу стоят.

Денис задумался. Что сказать про дом, откуда недавно уехал? Там все так же, как в твоей памяти, ты еще там. Какие новости могут быть?

– В Большой Москве строят перемычки пятого кольца. На севере пустили вторую линию скоростного легкого поезда, – Денис принялся скучно пересказывать новостные передачи. – В августе в Москва-граде столкнулись два безводильных летуна, один вез пироги, другой – японскую снедь.

Тот, который с пирогами, уцелел, а с рисовыми шариками навернулся и пробил крышу машины. Слава богу, без жертв. Теперь хотят запретить все полеты в средине города. Хотя зачем – надо просто запретить воздушный развоз японской еды, с пирогами-то летун не упал. Что доказывает полетные качества пирогов. Что еще…

Денис задумался.

– А что за бунт у вас был? На окраинах?

– Это когда неграждане бузили? – уточнил Денис. – В Ватутинки пригнали казаков, всех построили в этом ауле.

Кого-то посадили, кого-то выслали. Не такой уж это бунт, так, мелочи. С местными старейшинами все быстро уладили. Вот два года назад, когда два бойца из Особого приказа зарубили двух болельщиков, средину города на три дня перекрыли. Машин тогда пожгли – штук сто, не меньше. Вот тогда кипело, да, – казаков и сыскарей не хватило, пришлось самому Особому приказу подключаться. А уж с ними шутки плохи, сама знаешь.