Королева моих грез

Он, сын русского солдата и чеченки, рос среди людей, старательно избегавших его, и этот опыт закалил его и научил пользоваться кулаками, хотя теперь он использовал свою силу, научившись не принимать ничего на свой личный счет. Женщина, с которой он некоторое время встречался, называла это эмоциональной отстраненностью.

Отстраненность и внешнее равнодушие сослужили ему хорошую службу. Подчинись Халед своим эмоциям, скорее всего, его убили бы еще до того, как он достиг двадцатилетия. Там, где он вырос, – это обычное дело.

Он рано повзрослел и выжил только благодаря этому. Именно поэтому его бизнес в Москве процветал. Он твердо знал, как добиться желаемого, и не позволял сантиментам брать верх над разумом.

Это делало его плохим кандидатом в мужья для женщин, которые с жадностью следили за тем, как растут на бирже акции его компании. Не то чтобы он не интересовался женщинами – наоборот, он испытывал к ним здоровый интерес, как и всякий молодой мужчина, хотя вереница любовниц, сменявших друг друга, иссякла.

И дело не в эмоциональной отстраненности: ему просто становилось с ними скучно.

Халед посмотрел наверх. Это еще что за черт?

Когда мужчина ступает на порог одного из самых известных парижских кабаре, он в первую очередь хочет увидеть танцовщиц, ставших почти легендарными. Длинноногие, полуобнаженные, манящие…

Но он смотрел вовсе не на них.

Конечно, в последние шесть недель он жил в палатках и юртах, мылся в реках и ел из котелков то мясо, которое сам смог добыть на охоте.

Галлюцинация с участием женщины вполне могла стать результатом столь долгой изоляции, хотя он сильно сомневался, что его разум сейчас выкидывал такие шутки. Он мог поклясться, что только что увидел голые колени феи Динь-Динь, облаченной в купальник с леопардовым принтом и повисшей на верхней части огромного аквариума, в котором, как ему сказали, будет плавать полуобнаженная танцовщица с питонами.

Почти сразу после того, как он осознал увиденное, любопытная фея исчезла так же быстро, как и появилась.

За ее исчезновением послышался грохот и женские возгласы.

– Не хотите посмотреть, что там случилось? – спросил он братьев Дантон, которые нервничали и обильно потели из-за его неожиданного появления. Мужчины молчали.

– Девушки репетируют, – нервно сказал Мартин Дантон, как будто это все объясняло.

– Хотите посмотреть репетицию? – предложил Жак Дантон, пытаясь завладеть его вниманием, пожалуй, чересчур настойчиво.