Нежданно-негаданно

Она достала фотоаппарат и вручила ему:

– Почему вы уверены, что я не потеряла и его?

– Женщина, которая запечатлела на пленку измену своего любовника, наверняка никогда не расстается с фотоаппаратом.

Следующие несколько минут они провели на улице, и Ферн поворачивалась то так, то этак по команде Данте.

– Чуть-чуть спустите бретели топа, – велел он. – У вас красивые плечи, давайте покажем их. Хорошо. А теперь тряхните головой, чтобы волосы распушились.

– Для паспорта такие снимки не подойдут, – бросила Ферн.

Он ухмыльнулся:

– А кто говорит о снимках на паспорт? Может, у меня своя коварная цель.

Вернувшись в здание, они показали результаты сотруднице, которая просматривала их с терпением святого.

– Ничего не годится. Думаю, вам все же следует воспользоваться фотобудкой, – подвела она итог.

– Надо было сразу так сделать, – проворчала Ферн.

– Но тогда моя коварная цель не была бы достигнута, – легкомысленно возразил Данте. – Идемте и сделаем ваши фотографии, на которых вы будете выглядеть скучной и добродетельной.

– А вы намекаете, что я не скучная и не добродетельная?

– На какую часть вопроса вы хотите услышать ответ?

– Давайте просто поскорее покончим с этим, – поспешно проговорила она.

Когда формальности были улажены, Данте отвел Ферн в кафе на набережной и заказал по чашечке кофе.

– Если вам кажется, что вилла Ринуччи перенаселена, – сказал он, – советую не торопиться с выводами. Подождите до завтра, когда прибудут остальные члены семейства.

– Их довольно много, да?

– Совершенно верно, хотя не все живут поблизости.

Люк с Минни приезжают из Рима. Джастин с Эви из Англии, вместе с Марком, сыном Джастина, и их близнецами.

Ужасная мысль поразила Ферн:

– А где они будут жить?

– На вилле, разумеется.

– Значит, я заняла чью-то комнату? Кому-то придется спать на диване, а я не могу это допустить. Мне надо уехать.

– И где вы остановитесь? В отеле? Без денег и документов?

– Ну, если бы вы одолжили мне денег, я бы все вернула…

Данте покачал головой:

– Извините, нет.

Заверять служащих отеля, что вы лицо благонадежное, хотя на самом деле я о вас ничего не знаю, было бы крайне неприлично. А мы всегда должны вести себя прилично, не так ли?

Несмотря на свое смятение, Ферн не могла не рассмеяться.

– Вы, – проговорила она нарочито медленно, – не заметили бы приличие, даже если б оно подошло и щелкнуло вас по носу.

– Проклятье! – напыщенно воскликнул Данте. – Она видит меня насквозь.