Убийство на острове

Фэн повернулась к двери и заметила свою фотографию – ту самую, что накануне схватила Бэлла. Желудок скрутился в тугой узел.

Нет, этому снимку тут не место. Пересилив себя, Фэн взяла в руки рамку, чтобы рассмотреть изображение получше. Здесь ей всего девятнадцать, совсем юная и неопытная. Захотелось предупредить эту широко улыбающуюся беззаботную девчонку: «Будь осторожна! Ты не знаешь, что ждет тебя впереди».

Грудь сдавило, руки задрожали, и Фэн усилием воли вернула себе самообладание. Бояться нечего.

Все кончено, осталось в прошлом. Она справилась и стала сильнее.

Девушка снова взглянула на фотографию и услышала его голос: «Ты просто отвратительна». Она стремительно шагнула к буфету, засунула снимок подальше в его недра, захлопнула дверцу и вытерла руки о шорты. Пошел он к черту.

Фэн глубоко вздохнула.

– Точно не возражаешь, если я пойду с тобой?

Она обернулась. Робин присела на корточки у входной двери, зашнуровывая туристические ботинки. Фэн совсем забыла, что позвала ее.

Честно говоря, она предпочла бы незаметно выскользнуть из дома и прогуляться в одиночестве. Но Робин уже собрала рюкзак и выглядела такой воодушевленной, что Фэн смогла ответить только:

– Нисколечко.

Свежий утренний воздух пропитался хвойным ароматом. Девушки двинулись по извилистой тропинке. Солнце еще не вышло из-за гор, так что примерно с час они будут идти в тени. Дорожка петляла среди зарослей кустарника и кипарисов, из-под ног поднимались облачка пыли. Робин шла рядом, перебирая незагорелыми ногами, ее собранные в хвост волосы раскачивались в такт шагам.

Где-то вдали раздался звон колокола, эхом разнесшийся по окрестностям.

– Здесь есть церковь? – спросила запыхавшаяся Робин.

– На северном склоне горы расположен монастырь. Я видела его лишь издалека, женщинам вход на территорию воспрещен.

– Почему?

– Полагаю, чтобы не искушать монахов. Они должны сохранять чистоту помыслов, – со скептичным выражением на лице ответила Фэн.

Она относилась к церковным запретам без особого пиетета. Строгое религиозное воспитание дало плоды в виде чувства вины и стыда по поводу сексуальной ориентации. Потребовалось много лет, чтобы избавиться от нежелательного багажа.

Дорожка сузилась, и Фэн пошла впереди. На потрескавшейся от жары земле цвел тимьян. Из-под камня выскочила ящерица, пересекла тропинку и скрылась в зарослях колючего кустарника.

– Спасибо, что пригласила, – сказала Робин.