Пропавший без вести

– Как вечеринка?

– Отлично. – Он поднимается и выходит с террасы на пляж. Это не радушный прием – он просто не хочет, чтобы я заходила в домик, где полно подростков. Мамам тут не место.

Вблизи я замечаю, что Люк еще не отошел от вчерашнего. Взгляд у него стеклянный, глаза налились кровью.

– Джейкоб еще у тебя?

– Джейкоб? – удивленно переспрашивает Люк.

– Разве он у тебя не ночевал?

– Нет.

Люк оборачивается на свой домик: внутри валяются банки из-под пива и стеклянная тара, полно окурков.

У одной пластиковой бутылки отрезано горлышко, а с другой стороны прикреплена фольга – можно догадаться, для чего ее использовали.

– Но на вечеринку-то приходил? – спрашиваю я спокойным тоном.

– Ясное дело. Мы же для него все устроили.

Джейкоб не любит отмечать день рождения, так что я ужасно обрадовалась, когда он заявил, что пойдет к Люку. Я предложила купить им пива и бургеров – вдруг проголодаются, – но он сказал, что все уже организовано. Другими словами: «Не лезь».

Переступая через себя, я интересуюсь:

– А давно ушел?

Потирая голову ладонью, Люк отвечает:

– Не знаю, часов в одиннадцать.

Рановато – особенно для вечеринки в его честь.

– Он обещал вернуться.

Ну конечно.

– Наверное, стоит поискать его у Каз? – с улыбкой спрашиваю я.

Один из ребят, ухмыляясь, кричит из домика:

– Может, он пошел к ней мириться!

Люк бросает на приятеля недовольный взгляд.

Хочется разузнать еще что-нибудь, но вместо этого я прощаюсь.

– До скорой встречи, Люк.

«До скорой встречи?» Я никогда так не говорю.

Чувствую себя идиоткой. Разумеется, Джейкоб у Каз, где же еще! Видимо, Роберт, ее отец, сейчас в отъезде.

Насколько я понимаю, Джейкоб и Каз стали встречаться в начале лета. Я знаю Каз с самого детства и помню ее маленькой светловолосой девочкой с проницательными зелеными глазами. Она превратилась в уверенную в себе и красивую девушку, и в ее взгляде теперь сквозило лукавство.

Однажды я видела, как они вместе лежали на берегу, подстелив плед, и слушали музыку. Каз начала подпевать; что удивительно, Джейкоб тоже подхватил припев. Хрипло выкрикивая слова песни, они трясли головами и смеялись. Каз вскочила и стала танцевать на пледе, как на сцене. Она улыбалась, надувала губки, упирала руку в бок, а Джейкоб ее фотографировал. Наблюдая за этой сценой, я думала только об одном: «Не смей причинять боль моему сыну».