Грани власти

Помнится, когда я закончил свой набросок и показал его Аэлире, девушка, долгое время, не отрываясь, ошарашенно смотрела на него. Когда она подняла на меня взгляд, в уголках ее глаз застыли слезинки.

Оказалось, что в моем рисунке она увидела не себя, а свою мать, которая умерла, когда Аэлира была еще ребенком, и которая, в отличие от жесткого отца и стервозной мачехи, была всегда добра и ласкова с ней. С годами лицо матери постепенно стерлось из ее воспоминаний, оставив после себя лишь тусклое видение. И вот я, совершенно неожиданно как для себя, так и для Аэлиры, воскресил ее образ.

Я помню, как под удивленными взглядами Сигурда и остальных, Аэлира поднялась со своего места и, молча подойдя ко мне, поцеловала в щеку. А затем также молча, бережно прижимая рисунок к своей груди, направилась в сторону фургонов.

Сигурд, озадаченно проводив свою жену взглядом, попытался было последовать за ней, но его мягко остановил Бертран, дав понять, что девушке сейчас лучше побыть одной, наедине со своими воспоминаниями.

Помнится, с того дня Верена, на глазах которой все и произошло, начала смотреть на меня с еще большим интересом…

От раздумий отвлек шум шагов наверху у меня в кабинете.

– Это твой старый слуга, – буркнула ниссе, которая сидела на столе и аккуратно перебирала золотые монеты, протирая их тряпочкой и сортируя по году чеканки. – Он один.

Я активировал вход в подвал, и спустя несколько секунд Бертран появился внизу.

– Экипаж готов, ваша милость, – сообщил он и покосился на рыжего енота, который, прищурив один глаз, вдумчиво осматривал сейчас крупный золотой талер.

О том, что мне служит ниссе, никто из моих людей не знал. Благодаря достаточному количеству энергии, у нее прекрасно получалось прятаться у меня в фургоне, не попадаясь никому на глаза. Даже Аэлира не смогла учуять ее.

Итту и Бертрана я познакомил уже здесь, в столице. Сказать, что старик был ошеломлен, значит, ничего не сказать.

Теперь эти двое присматривались друг к другу. И что-то мне подсказывало, что рано или поздно они найдут общий язык.

– Хорошо, – кивнул я и двинулся в сторону лестницы. Уже поднимаясь, я услышал слегка обеспокоенный голос Итты.

– Ты давай там осторожней, хозяин. Сам знаешь, это такое племя, чуть зазевался – и ты им уже по гроб жизни должен.

Я в ответ лишь хмыкнул и шагнул наверх.