Грани власти

Марка Дюко, моего дворецкого, можно упрекнуть во многом, но не в непрофессионализме. Этот человек знает свое дело.

– Не понял… – нахмурившись произнес Жак, когда мы въехали в распахнутые настежь ворота. – Это что там такое происходит?

И действительно, у главного входа в мой замок стояла вереница телег и повозок, на которые снующие в дом и обратно незнакомые мне люди грузили мебель, а еще тюки, коробки и картины. Судя по всему, погрузка началась сравнительно недавно.

– Закрыть ворота! – жестко приказал я и кивнул Жаку: – Действуй.

Никого без нужды не калечить. Их главного – ко мне.

Жак и остальные мои бойцы, дернув поводья, рванули с места вперед. И уже через несколько минут я, сидя в кресле, которое было снято с одной из повозок и установлено на верхней площадке широкого крыльца, заложив ногу за ногу, молча разглядывал выстроившихся передо мной людей.

Пятеро из них, оказавшие сопротивление моим людям, лежали на земле, уткнувшись лицами в каменную брусчатку. Судя по их легким доспехам и оружию, что лежали сейчас поодаль аккуратной кучкой, они должны были охранять повозки, нагруженные моим добром.

Остальные были простыми слугами и сервами, которые вели себя смирно. За их спинами полукругом замерли мои бойцы.

Немного поодаль выстроились все мои слуги и лакеи, на лицах которых отражалась смесь неверия, удивления и радости. Кстати, ни Марка Дюко, ни Шарля Симона среди них не было. Равно как и Гуннара, который должен был прибыть сюда еще вчера. Любопытно, что здесь происходит?

Именно этот вопрос я и задал стоящему передо мной на коленях широкоплечему мужчине, руки которого были связаны за спиной, а под его правым глазом наливался свежий синяк.

В здоровяке я без труда признал Бруно Фолона, старшего помощника управляющего графа де Грамона. Он уже бывал у меня в замке и, помнится, в тот раз ему тоже досталось. Правда, если мне не изменяет память, тогда пострадал его левый глаз.

По местным законам я имел полное право убить всех этих людей, так как они вторглись на мою землю и, по сути, занимались обычным грабежом.

Ведь как только мне отдали замок Макса, я через моего частного поверенного позаботился о том, чтобы возврат был задокументирован должным образом. В общем, по бумагам «Лисья нора» моя. Там комар носа не подточит.

Но меня останавливало только то, что все они служили моему нынешнему дядюшке. Главе рода, к которому я принадлежал.

Бруно Фолон молчал. Лишь недобро зыркал на меня из-под густых бровей.

Я взглянул на Жака.