Мое седьмое небо

Вчера вечером Максвелл понял, что Роми вполне может понадобиться более мощный стимул для согласия с его планами. Если он хочет дать Роми нечто большее, чем сохранение компании отца от поглощения другими дельцами, то обязательно применит подобную мотивацию.

Грейсон стал болезненно бледным, читая распоряжение к завещанию:

– Я не обязан соглашаться. Моя жизнь никого не касается.

– И все-таки я решил вмешаться.

– Как и в дела моей компании.

– Неужели вы предпочли бы дискутировать с Джереми Арчером?

– Я предпочел бы Виктора Бека.

– Виктор не захочет объединять компании. Он просто поглотит вашу компанию. – Виктор Бек был столь же безжалостным бизнесменом, что и Максвелл Блэк.

– Я не лягу в реабилитационную клинику.

Максвелл не стал спорить. Он знал лучше, что Гарри Грейсон согласится.

Поэтому он спросил:

– Вы задумывались, как ваша смерть от алкоголизма навредит вашей дочери?

– Она взрослый человек.

– Который будет горевать после вашей смерти и обвинять себя в том, что не смогла вам помочь.

– Не надо мне об этом говорить. – Грейсон свирепо посмотрел на Максвелла. – Я хорошо знаю свою дочь.

– Тогда вы должны знать, как на нее повлияют ваши действия.

– Она за меня не отвечает, – как-то не слишком уверенно ответил он.

– Она ваша дочь, и вы за нее отвечаете, – произнес Максвелл.

– Да, конечно.

– Несмотря на то, что она взрослая?

– Да, – выдавил Гарри Грейсон.

– Тогда вы должны лечиться ради нее.

– Это не так просто.

– Жизнь вообще штука сложная.

– Я тоскую по ее матери, черт побери! – воскликнул Гарри.

Максвелл не стал говорить, что пожилой мужчина слишком долго топит тоску в вине. И, вероятно, постоянное опьянение не позволяет ему жить дальше.

– Вы должны лечь в реабилитационную клинику и оставаться там, пока вас не выпишут, – произнес Максвелл.

– Не выйдет! – Грейсон швырнул документы на стол. – Я должен пробыть там до конца жизни?

– Нет.

– Проблема уже не только в моем горе, – признался Грейсон, удивляя Максвелла.

Он не догадывался, что старик знает о масштабе своей проблемы.

– Значит, у вас есть более веская причина решить свою проблему немедленно, – настаивал Максвелл.

– Не все так просто.

– Я не согласен, – сказал он.

– Тогда сами отправляйтесь в клинику.

– Мне не нужно лечиться. А вам необходимо.