Защитники

Глупую даже!

Разве он не мог поиметь ее, спящую? Разве сейчас она смогла бы отбиться от Беркута? Разве она могла бы хотя бы когда-нибудь от него отбиться?

И разве ее крики услышали бы за звуконепроницаемыми окнами и стенами коттеджа?

Так какого же, мать твою, Аля уставилась так, словно он уже, вот прямо сейчас ее насилует?

Зачем он ей предлагал то, что предлагал?

Действительно, зачем?!

Потому что заграбастал ее и не может выпустить из лап?

Да, так и есть! Беркут еще никогда в чем-то так болезненно, так бесконтрольно, так отчаянно не нуждался.

Ни в ком и ни в чем. Так, как в этой незнакомой, совершенно чужой ему женщине. На которую хотелось смотреть. С которой хотелось разговаривать. Которую хотелось на руки…

И которую так хотелось… Словно совсем изголодался по женскому обществу.

Мда. Неандерталец ты, Беркут «все под контролем». Дикий, ненормальный неандерталец. Схватил женщину, затащил к себе в пещеру и хоть привязывай. Отпустить не можешь. Как та макака, что схватила апельсин, спрятанный в дупло, и попалась в лапы охотника, потому что отказаться от добычи уже не в силах.

Так и сидит с застрявшей в дупле пятерней. Пока не получит хорошенько по башке. Или того хуже – пулю в сердце.

Свою пулю Беркут, похоже, уже получил. Прямо в сердце, ни больше, ни меньше.

* * *

Аля

Я боялась его. Боялась до колик. До ощущения, что внутри все сжалось и окаменело. До ледяного пота на руках и ногах, которые хотелось растирать и греть.

Меня то и дело прошибал озноб.

И вроде бы ничего такого Беркут не делал. Даже напротив, он говорил и действовал вполне дружелюбно, не проявлял ни малейшей агрессии.

Больше того! Он вообще не делал резких движений.

Но я не понимала, что собирается предпринять этот мужчина. Не понимала ЕГО.

И от этого становилось гораздо страшнее, чем в момент, когда мужики возле трассы отчетливо показали – чего хотят от меня.

Воистину! Самое страшное – неизвестность! Когда опасность уже обозначена, ты можешь решать, как с ней бороться.

А что можно сделать, если понятия не имеешь, каким боком повернутся к тебе события?

В голове вертелись серии из криминальной мыльной оперы. Как извращенцы запирали у себя женщин. Удерживали, постоянно насильничали.

А потом трупы этих несчастных находили где-нибудь в стенах дома, на участке или где-то еще…

Беркут не походил на них. Не понимаю уж почему. Я ведь его даже не знала.