Вчера, сегодня и всегда

По крайней мере, так полагал Аристон. Ему никогда не приходило в голову, что Хлоя сразу откажется от очередного брачного договора и что его угрозы не потребуются.

Немаловажен также тот факт, что она начала жить новой жизнью на другом конце страны. Ее утверждение, что она не имела ничего общего ни с отцом, ни с «Диолетис индастриз» в течение двух лет, звучало правдиво, к тому же это очень легко проверить, и она должна об этом знать.

Аристон сказал Хлое правду, за ней действительно никто не следил по его указанию, но в данный момент он сожалел об этом.

Он был слишком сосредоточен на Эбере и «Диолетис индастриз», а также на собственном стремлении загнать отца Хлои в угол, из которого был только один выход – дающий Аристону то, что он хотел. Но он был недостаточно сосредоточен на женщине, которая являлась его женой. Во всяком случае, Аристон был весьма удивлен тому, с какой легкостью менялось его мнение о ней, ведь в течение последних двух лет он считал Хлою корыстной ведьмой, желающей обмануть доверчивого старика, чтобы получить необходимое для спасения компании ее отца.

Интуиция подсказывала ему – Хлоя невиновна, но он позволил знанию о ее обмане победить. Взглянув на ситуацию по-новому, Аристон увидел собственный план мести в совершенно ином свете и открыл для себя возможности, которые прежде не рассматривал. Он бы никогда не добился того, что имел, игнорируя альтернативные пути и решения, а знаменит он был именно способностью менять ход собственных мыслей со скоростью молнии и той же эффективностью.

Их сегодняшний разговор свидетельствовал о том, что, какая бы причина ни заставила Хлою принимать эти таблетки, она явно не была связана с непоколебимой верностью отцу и его компании. Аристон не мог не признать – Хлоя оказалась скорее пешкой в руках своего отца, нежели черным ферзем, как он полагал прежде.

Аристон знал о том, что Эбер пытается добиться расположения других предпринимателей, которым мог быть выгоден брак с его дочерью, еще задолго до их последней поездки в Грецию.

Сначала он решил, что эти слухи касаются старшей дочери Эбера, Реи, чей брак старик никогда не одобрял. Лишь после обнаружения противозачаточных таблеток Аристон воспринял те самые слухи как неопровержимое доказательство двуличия Хлои.

Значит, он ошибся, и его совершенно не устраивало такое положение вещей.

Аристон прибыл точно к назначенному часу, но Хлоя уже сидела за его любимым столиком.