Я не сойду с ума

В следующие дни мы будем много видеться. Вам может показаться, что я к вам переселяюсь, но обещаю, этого не произойдет.

Мы нервно засмеялись, пытаясь ослабить напряжение. Она сразу перешла к делу. Следующий час напоминал изнурительное собеседование при приеме на работу, которое было посвящено нашему детству, травматичным событиям в прошлом, нашим взглядам на дисциплину, истории домашнего насилия. Мы заполнили опросники о своем здоровье, образовании и работе.

Государство разработало специальные требования для опекунов и попечителей, и один из обязательных пунктов – проверка жилища.

Ханна приняла это без видимого волнения, но на самом деле она очень боялась визита Пайпер. Настолько, что в полночь накануне ее прихода она уже не в первый раз драила полы в ванной. Она часа три отмывала весь дом, как человек с обсессивно-компульсивным расстройством. Наш дом не был таким чистым с самой покупки. Мы не устраивали беспорядка, но по дому было заметно, что в нем живут. Когда мы приходили домой после долгого дня в больнице, меньше всего нам хотелось пылесосить полы или мыть посуду.

Я стоял в дверном проеме и наблюдал, как она с тряпкой и ведром атакует плитку на полу.

– Дорогая, мне кажется, этого достаточно. Грязи на этом полу было не уцелеть. Мы даже не заходили сюда с последнего раза, когда ты его вымыла.

Она повернулась ко мне, на лбу выступили капельки пота. Тыльной стороной ладони отвела волосы со лба.

– Я просто хочу, чтобы все выглядело идеально.

– Ты почти что превратила наш дом в музей.

Если ты этого добивалась, то весьма преуспела.

Она бросила в меня тряпкой.

– Ты невыносим. Все знают, что о женщине судят по тому, как она содержит дом. Я не хочу, чтобы она решила, будто я неряха.

– Неряха тоже может быть хорошим человеком.

– Заткнись! – рассмеялась она. – Только хуже делаешь!

– Пойдем, ночь уже. – Я подошел и взял ведро. – В раковину или в унитаз?

Она показала на унитаз, и я вылил остатки воды. Протянул ей руки и помог подняться, потом прижал к себе и погладил по спине.

– Все будет очень хорошо.

– Ты что, совсем не волнуешься? – она подняла лицо. На лбу отпечатались морщинки волнения.

Я покачал головой.

– Я знаю, что так суждено. – Я стянул резинку, чтобы волосы упали на плечи. Мне нравится, когда она с распущенными волосами, но она почти всегда собирает их в хвостик. Я провел пальцами сквозь волосы.

– Я просто нервничаю. А что, если…

Я прижал палец к ее губам, заставляя замолчать на полуслове.