Убийства во Флит-хаусе

Идиллическая картина, даже в холодный зимний день.

Джаз нажала на кнопку звонка сбоку от тяжелой двустворчатой двери. Послышались шаги, затем звук поворачивающегося ключа и отодвигаемых засовов. Наконец на пороге предстала женщина одного с Джаз роста, стройная, в безукоризненно подобранной одежде: полосатая рубашка, кашемировый кардиган, темные брюки и синие кожаные мокасины. Густые каштановые волосы были красиво и коротко подстрижены; очень ухоженную – пусть и старомодную – внешность дополнял легкий макияж на глазах и губах.

– Простите, мы почти не используем парадную дверь. Обычно все заходят сзади. – Хозяйка протянула руку. – Адель Кавендиш. Вы, должно быть, инспектор Хантер.

– Да. Спасибо, что согласились на встречу. – Джаз пожала предложенную ладонь.

– Прошу вас, входите.

Адель провела Джаз через элегантную прихожую с шикарной изогнутой лестницей в изысканную гостиную с застекленными дверями на террасу. Обстановку составляла старинная мебель, окна были задрапированы тяжелыми портьерами с цветочным рисунком, на бюро стояли семейные фотографии, а на каминной доске – фарфоровые статуэтки.

– Садитесь, пожалуйста. – Адель указала на диван с обивкой из цветастого ситца. – Что вам предложить? Чаю? Кофе?

– Спасибо, ничего не нужно. – Джаз достала из портфеля блокнот и ручку. – Простите, что беспокою вас в такое тяжелое время.

Адель скрестила руки на груди, встала у застекленных дверей спиной к Джаз.

– Честно говоря, до сих пор не доходит. В голове не укладывается, что Чарли нет.

 – Адель повернулась, в глазах вспыхнула боль. – А тут еще, оказывается, его смерть можно было предотвратить, это не эпилепсия, и я… – Она покачала головой. Безутешная, отошла от окна и, сев на краешек дивана напротив Джаз, обняла себя за плечи. – Простите. Что от меня требуется?

– Ваш муж дома? Наверное, вам было бы легче беседовать вместе. Мои вопросы могут причинить вам боль.

– Его нет. – Адель пожала плечами. – Он в лондонской квартире. Я предупредила его о вашем приезде, но муж ведет сейчас крупное дело, которое, видимо, важнее смерти нашего сына.

 – Она горько усмехнулась. – По словам мужа, он попросил выделить для расследования лучших специалистов и выяснить, что же на самом деле произошло с Чарли. Мы не можем ничего делать, пока коронер не вынесет решения, и это самое ужасное. Как жить дальше, если сын до сих пор в морге?

– Миссис Кавендиш, я понимаю, вам сейчас не до расследования, но вы наверняка хотите узнать, как и почему Чарли умер.