Притворись, что ты моя

Люк выдавил из себя улыбку.

– В данный момент она не очень спокойная.

– Ты переживаешь из-за командировки?

Он разрезал булочку и намазал ее маслом.

– Нет.

– Ты раньше бывал в Афганистане?

– Да.

– Ты не слишком разговорчив.

– Что ты нашла в этом парне, в Теде? – Он резко сменил тему, и Харпер решила дать ему передышку.

Но это потребовало большого глотка пива.

– Фу. Я сама задаюсь этим вопросом. Моя подруга Ханна предупреждала меня. Я была новичком на работе. Я думала, он крутой, если не считать козлиной бородки.

Мне казалось, что он хороший начальник. А потом он начал приносить мне по утрам кофе. Посылать смешные сообщения по электронке…

– Ты слишком сентиментальна.

– Если под сентиментальностью ты подразумеваешь романтику, то да. Я до их пор верю, что где-то есть такой парень, который очарует меня и будет счастлив со мной до конца жизни.

Люк ухмыльнулся.

– Принц на белом коне, который спасает мир.

– Этого я не знаю. Иногда приходится спасать себя или кого-то еще.

Но я не имела в виду, что умчусь с кем-то на закате.

– Вы, женщины, всегда ждете грандиозных романтических жестов.

Харпер рассмеялась.

– Прошу тебя, женщина нуждается в грандиозном романтическом жесте только один-единственный раз, когда она не знает, что любима.

– Я на это не пойду. Что ты скажешь о девушках, которые выбирают кольцо в честь помолвки за 15 000 долларов и требуют пригласить на свадьбу 400 гостей?

– Это совершенно разные вещи. Одно дело – ожидать, к чему приведет грандиозный романтический жест, а другое – требовать к себе повышенного внимания и очень больших затрат.

С другой стороны, какой-нибудь несчастный кретин просто покупает легкомысленную девушку блестящими безделушками и повышенным вниманием.

– Легкомысленную девушку? Теперь все понятно. – Люк засмеялся, а у Харпер при виде его ямочки потеплело на душе.

Вернулась официантка с едой, и они оставили эту тему, уткнувшись в тарелки. Наслаждаясь блюдом, они болтали о работе, о еде и Биневеленсе.

Харпер расслабилась, что было удивительно, учитывая, что большую часть времени, проведенного с Люком, она металась от одной крайности к другой – от нервозности к вожделению.

Это была непрерывная борьба, которая, как она надеялась, должна была скоро утихнуть. Харпер смущало, что каждый раз, когда она видит его без рубашки, ей приходится сдерживаться, чтобы не облизать губы.

Музыканты в соседней комнате заиграли медленную мелодию.