Детский сад, штаны на лямках

Собеседница улыбнулась:

– Ну почему же, отвечу с удовольствием. Только перейдем в более спокойное место.

Кабинет физики, как и пятнадцать лет назад, был разделен на две части: собственно класс, где стоят парты, и небольшой закуток, где хранятся всякие наглядные пособия. Вот в этом закутке мы и обосновались. Было слышно, как за тонкой перегородкой галдят ученики.

– Ты удивишься, – сказала Мария Николаевна, – но буквально вчера я обдумывала свое будущее, составляла план, правда, не на десять лет, а на пять.

И решила, что свои семьдесят пять лет встречу на борту лайнера, совершающего кругосветное путешествие, в компании богатых американских пенсионерок. Мы будем пить шампанское, каждый день менять прически и без зазрения совести пялиться на молодых стюардов. Про восемьдесят лет я еще не загадывала, но, думаю, что хотела бы отметить их точно так же.

Я думала, что сегодня меня уже ничем не удивишь, однако сюрпризы продолжались.

– Вы знаете английский? – только и нашлась что спросить я.

– Немного. В пределах, достаточных, чтобы общаться по Интернету с продавцами на международных аукционах.

– Вы что-то покупаете на международных аукционах?

– И покупаю, и продаю. Покупаю ткани, фурнитуру и материалы, необходимые для моего творчества. А продаю кукол, которых изготавливаю собственными руками.

– Кукол?

Вместо ответа Мария Николаевна открыла шкаф и достала фарфоровую куклу. Чудесный экземпляр ростом около пятидесяти сантиметров.

У куклы были белокурые волосы и огромные голубые глаза, в которых словно плескалось и грозило вылиться из берегов озеро.

– Она плачет? – удивилась я.

– У всех моих кукол глаза на мокром месте, даже если они улыбаются. Таков мой индивидуальный почерк.

– Как ее зовут?

– Вайолетт, на английский манер. Но, наверное, хозяйка будет звать ее Виолеттой.

Имя кукле подходило. На Вайолетт было прелестное лиловое платье, украшенное стразами и золотой тесьмой, и туфли в тон.

Присмотревшись, я разглядела изящную вышивку на кожаных туфельках. Еще у куклы была сумочка, сплетенная из бисера. В целом мне показалось, что это безумно тонкая и очень качественная работа. Швы на платье были безупречны!

– Неужели вы сами сделали одежду и аксессуары?

Мария Николаевна кивнула.

– А лицо расписывали тоже вы?

– Не только расписывала, но и отливала из фарфора. Я же говорю, что кукла – полностью творение моих рук.