Прошла любовь, завяли помидоры

Могла ли я, советская школьница Люся Лютикова, обожавшая пирожные «корзиночки» по 22 копейки, представить, что через тридцать лет эти самые пирожные будут стоить 70 рублей, но есть их будет невозможно, потому что в них не останется ни грамма натурального продукта?

Могла ли я вообразить, что обычный человек будет носить в кармане всю мировую библиотеку, все фильмы мира, всю музыку мира? И что все эти сокровища останутся невостребованными, потому что смотреть в своём смартфоне он будет только фотографии котиков и тёлок с силиконовыми губами?

Есть ещё жанр фэнтези.

Его мой мозг категорически отказывается принимать. У меня шарики за ролики заходят, когда я читаю про эльфов, орков и прочих выдуманных существ. Я не понимаю, кто они такие и чего от них ждать.

В итоге я остановилась на любовном романе. Что может быть естественнее? Он любит её, она любит его, но они не могут быть вместе. В конце романа препятствие уничтожено, и герои воссоединяются. При кажущейся простоте сюжета здесь есть, где развернуться.

Я решила писать про царскую Россию. Действие разворачивается в Смоленской губернии в начале девятнадцатого века, сразу после Отечественной войны 1812 года. Она – Гликерия Павловна, дочь мелкопоместного дворянина, очаровательное существо семнадцати лет. Отец прочит ей в женихи богатого старого графа, недавно овдовевшего. А она влюбляется в соседа Дмитрия Ивановича, романтичного юношу, такого же бедного дворянина со ста душами крепостных. Дмитрий отвечает ей взаимностью.

Родители влюблённых против, они надеялись браком детей поправить своё финансовое положение. Ведь для Дмитрия тоже готова невеста: некрасивая, рябая, зато очень богатая наследница золотопромышленника.

Удастся ли героям выстоять против давления семьи? И одержать победу в борьбе за свою любовь? По закону жанра – да.

Я тяжело вздохнула. А вот борьбу за свою любовь я, кажется, уже проиграла. В таком случае из меня выйдет отличная писательница любовных романов.

Как там говорят? Кто умеет – делает, кто не умеет – учит.

Глава 3

Каждое утро я прохожу пять стадий пробуждения: отрицание, гнев, торг, смирение, кофе.

Именно за кофе меня застал Галкин звонок.

– Люська, я ни о чем, кроме этих проклятых кредитов, думать не могу. Какой там может быть долг – сотни тысяч рублей? Миллион? Два? Я с ума сойду. Что делать-то?

– Угу, – отозвалась я.

По утрам из меня плохая собеседница и плохая советчица.