Комитет Присяжных

Он то и дело поглядывал на окно четвёртого этажа. Шторы оставались неподвижными. Водитель позвонил по мобильному телефону.

– Он всё ещё дома. Что мне делать? Ждать?

– Не обязательно, – раздалось в ответ. – Просто не теряйте его из виду.

– Мы установили на его автомобиле маячки, и отслеживаем все перемещения.

– Тем более, не обязательно. Пришлёте маршрут.

– Фотографии? Видео?

– В пределах скрытности. Он ничего не должен заметить.

– Понятно!

Водитель выключил телефон и в этот момент увидел, как из подъезда выходит Фёдор.

Он завёл машину и стараясь не привлекать внимания поехал за ним следом.

Было уже около девяти часов вечера, когда Фёдор вошел в дверь родительского дома и прямо с порога закричал:

– Мам! Покорми меня!

Тут перед ним, словно ниоткуда, появилась невысокая блондинка с разгневанным лицом.

– Ты что, совсем спятил? – закричала она ему прямо в лицо. – Отдаёшь свою фирму неизвестно кому! Ты восемь лет на неё батрачишь и вот нате вам…получите на блюдечке, – заметив широкую улыбку на губах брата, Юля осеклась.

 – Зоя пошутила? Это ты её надоумил мне позвонить? Фёдор, я тебя убью! Ты хотя бы понимаешь, как нас с мамой напугал?! Мы уже всё передумали. Мы…

– Все, правда! Зоя не солгала.

Фёдор прошёл на кухню. Там его встретила мать. Она слышала последние слова.

– Правда?! Фёдор, мы же по миру пойдём, – с отчаянием прошептала она. – Мне пенсии едва хватает на жизнь. У Юли ещё хуже. Работы нет…

– Давайте не будем! – попросил Фёдор.

Юля в это самое мгновение снова собиралась обрушиться на брата с гневными упрёками, но заслышав краткий ответ, насторожилась.

– У тебя другая работа?

Фёдор весело кивнул. Он подошёл к кухонному столу, начал подряд открывать все крышки с кастрюль, и при этом разговаривал:

– У меня другая работа. И эта работа исключает мою прежнюю деятельность. На данный момент – это всё, о чём вам нужно знать. И дайте мне, наконец, поесть.

– Перестань говорить загадками и объясни толком, что за работа! – Юля не собиралась отступать.

Фёдор отправил в рот кусок пирога, одновременно указывая свободной рукой на сестру.

– Видишь, мам. Она ничего не понимает. Я ей говорю: не спрашивай! А она снова за своё. Ну как так можно?

– Фёдор! – ещё громче закричала Юля, наступая на него с решительным видом.

– Я в твои дела не вмешиваюсь, решения не оспариваю. И ты поступишь точно так же по отношению ко мне.