К.Т.О.

Ответ привёл Тори в некоторую растерянность. Она вглядывалась в лицо подруги пытаясь понять она серьёзно говорит или шутит. – Всё правда! – положив руку на сердце торжественно заверила её подруга. – Сбежал. Сейчас в Лондоне. Говорят, познакомился с какой-то актрисой и устроился на работу в театр. Видимо пытается сам стать актёром. К чёрту его! Уехал и уехал. Мне только лучше живётся после его отъезда.

– Софи, мне так жаль! – Тори взяла её за руки. – Я думала ты счастлива.

– А я счастлива. Надо было выйти замуж за этого эгоиста, чтобы понять, насколько прекрасна свобода.

Со мной всё ясно. – Софи усадила Тори на лавочку вместе с собой. – Как здорово, что ты здесь. Мы с тобой семь лет не виделись. Как ты жила? – глазки Софи лукаво сверкнули. – У тебя кто-то есть? Наверняка есть. Признавайся. Ответом стал неопределённый жест рукой, указывающий куда-то за спину. – Три года встречались. Хотели даже пожениться, а потом отношения стали ухудшаться, и мы расстались. Сейчас у меня никого нет, но я думаю завести себе нормального парня. Только не здесь. Тут тебе каждую косточку перемоют. Начну работать в Лондоне тогда и подыщу. – А почему отношения стали ухудшаться? Он тебе изменил? – Как-то само собой всё развалилось. Меньше стали встречаться, меньше стали общаться… потом он уехал, а когда вернулся даже не зашёл со мной повидаться. Вот так и закончилось. – Ой, как хорошо! Тори бросила на подругу растерянный взгляд, но чуть позже на лице появилось осмысленное выражение.  – Понятно. Ты не оставила идею поженить нас с братом?! Софи, он мне не нравится и никогда не нравился. Пьер хороший парень, но с ним просто невозможно поддерживать отношения. Однажды пошли гулять так он как увидит знакомого сразу прячется, будто мы с ним кого-то убили перед прогулкой. – Сейчас ещё хуже! – эти были сказаны с такой грустью, что Тори поневоле встревожилась. – Три года назад поехал в Лондон на футбольный мачт и там с ни случилась беда. Кто-то в толпе его оттолкнул… и прямо под трамвай.  – Он… жив? – Жив. Нога пострадала. Она там вся всмятку была. Я сама видела, когда в госпиталь ездила. Даже хотели отрезать. Но, спасли. Целый год лежал. Потом понемногу начал ходить на костылях. Сейчас сам ходит и тащит за собой искалеченную ногу. Хромота на всю жизнь осталась. – Мне очень жаль, очень, – Известие расстроило Тори. Пьер с детства находился перед глазами, всегда был внимательным к себе и своим поступкам.