Наказание свадьбой – 2

 – Дочь свою хотите пристроить? А заодно и этого…из хижины? Вероятно, вы счастливы оттого, что у вас на ужин подают фазанов. Мне же такого счастья не надо. Ни за какие богатства…

– Да что с вами, маркиз? Что плохого в фазанах? – спросил обескураженный таким поведением герцог Мендоса.

– Что плохого? И вы ещё спрашиваете? И вам не стыдно поощрять пагубные пристрастия дочери? Что плохого в фазанах? А что в них хорошего? Что хорошего в этом,…который ждать не любит? Я не удивлюсь, если появится ещё и повар, который хорошо готовит этих…фазанов.

Да как вы можете такое терпеть? Я был о вас гораздо лучшего мнения. Ноги моей больше не будет в этом доме и в этом городе!

Маркиз внезапно оборвал свой крик и, не попрощавшись, вышел из гостиной, с гордо поднятой головой. Все его родственники, наскоро принеся извинения, поспешили вслед за маркизом. В гостиной остались трое. Герцог, герцогиня и Ремика. В то время как отец с матерью обменивались совершенно растерянными взглядами, она всеми силами пыталась удержать рвущийся наружу смех.

В виду этих нелёгких усилий у неё на лице начала появляться одна гримаса за другой. Со стороны могло показаться, что она пытается сдержать рыдания. Именно так всё и было расценено её родителями.

Герцог поспешил к ней. Он обнял дочь и начал успокаивать.

– Не плачь, Ремика. Не плачь. Я немедленно отправлюсь вслед за маркизом. Я заставлю его попросить у тебя прощения за каждое сказанное слово. И в особенности за фазанов. С каких пор охота стала чем-то унизительным? Я покажу этому… – в этом месте герцог осёкся.

Плечи Ремики стали сотрясаться всё сильнее и сильнее. Как ни пыталась она сдержаться, так и не смогла. Возможно, она бы сумела удержать смех, если б не последние слова отца. Она уткнулась лицом в грудь отца и беззвучно смеялась. Герцог принял её смех за рыдания. Но, едва отстранив Ремику от груди, он и герцогиня услышали самый настоящий хохот. Ремика отстранилась от отца и, схватившись двумя руками за живот, согнулась. У неё случился приступ…веселья.

Смех дочери сразу же вызвал подозрение у герцога.

– Запри её в комнате. – Приказал он супруге. – А я пока отправлюсь за маркизом и выясню всё. У меня такое чувство, будто она каким-то образом замешана во всей этой непонятной истории.

Направляясь в свои покои в сопровождении матери, Ремика не переставала смеяться. Её громкий смех раздавался по всему дворцу. Несколько слуг, забросив работу, с удивлением прислушивались к этим заразительным звукам.