Родриго Д’Альборе

Я люблю тебя и только тебя! – Донья Роза доверчиво прижалась к груди Родриго.

Он обнял её за плечо и повёл к заводи. Они сели на валун, не отпуская рук, и некоторое время сохраняли полное молчание, наслаждаясь близостью друг друга. Чуть позже между ними снова завязался разговор. На сей раз, король был позабыт. Оба делились своими впечатлениями о времени, которое они провели в разлуке. О своих мыслях, общих планах на будущее. Не раз во время разговора раздавались нежные признания в любви и уверения в верности и преданности.

Не раз прерывистый шёпот сменялся долгим поцелуем. Им ничего не было нужно, кроме того, что у них было в эти мгновения. Оба были счастливы.

Слова из уст текли, выливаясь в нескончаемый разговор. Родриго собирался, было устроиться у ног своей возлюбленной невесты и прочитать очередное стихотворение, которое он ей посвятил, как вдруг вспомнил, что обещал навестить святого отца. Пообещав невесте вернуться очень быстро, благо, святой отец служил в церкви Сан Хуан де лос Рейес, Родриго покинул сад.

Чуть позже он покинул и дом. Родриго не заметил, как вслед за ним из дома выскользнула женская фигура, плотно укутанная в тёмную накидку. Стараясь быть незаметной, Донья Флора, а это была именно она, последовала за ним в сторону площади Бимбрамбла, через которую держал путь Родриго.

Глава 6

Схватка

Получив письмо от доньи Флоры, в котором говорилось о приезде Родриго, дон Маран, прихватив шпагу и кинжал, вышел из своего дома.

Он сразу же направился в сторону площади Бимбрамбла, справедливо полагая, что именно там ему удастся перехватить своего врага.

Прибыв на площадь, дон Маран, стал раздражённо ходить взад вперёд. Он решил во что бы то ни стало дождаться своего противника. Пусть даже ему придётся стоять здесь до поздней ночи. Мрачный вид дона Марана как нельзя кстати подходил мыслям, что одна за другой роились в его голове. Он прикидывал, каким образом убьёт этого поэтишку. Он перебирал один за другим возможные способы, пока не мелькнула мысль о том, что противник может попросить пощады.

Что делать в случае, если тот попросит пощадить его? Это мысль лишь некоторое время занимала его.

– К чёрту пощаду, – раздражённо думал, Дон Маран, – убить и всё тут.

Ему исполнилось 27 лет. Из этих 27 он лишь год или два занимался фехтованием. Фехтовал он довольно сносно. По его глубокому убеждению его умения должно было хватить для победы.